Фредро смутился:
— Я поступил глупо. Но, надеюсь, вы меня извините. Я больше не буду так непростительно беспечен. Обжегшись на молоке, дуют на воду.
— О, конечно. В крайнем случае, если вам очень нужно их сфотографировать, используйте миниатюрную камеру «Хаяши».
— У них не очень четкое изображение, но благодарю вас еще раз, — Фредро посмотрел вдоль улицы, по которой они ехали, и его лицо выразило ужас. — Смотрите, кто там! Пся крев!
Он повернулся и быстро пошел прочь. Фаллон сказал на балхибском: «Насук Дженда» и взглянул в указанном направлении. К своему удивлению, он увидел У ил кома Вагнера, бегущего к ним с грязным тюрбаном в руке.
— Эй, мистер Фаллон! — крикнул миссионер. — Мне жаль, что у нас вышла небольшая ссора. Я так сержусь, когда кто-нибудь не соглашается с моими принципами, что не всегда понимаю, что делаю.
— Ну? — сказал Фаллон, глядя на Вагнера, выбирающегося из очередной кучи мусора.
— Нельзя ли мне отправиться к вам домой? И провести у вас некоторое время?
— Все хотят сегодня ко мне в гости, — заметил Фаллон. — Зачем это вам?
— Видите ли, когда я сидел на улице после того, как вы меня оставили, появилась толпа голых кришнян. Многие были с дубинками. Они расспрашивали, куда проехала повозка. Я и подумал, что будет безопасней, если я пережду где-нибудь в помещении, пока они разыскивают нас. Эти язычники очень сердились.
— Тогда пошли быстрее, — сказал Фаллон и стремительно двинулся, таща за собой Гази. — Ну, идемте, Вагнер. Вы вызвали эту неприятность, но я не оставлю вас. Возможно, вы не в курсе, но кришнянская толпа способна на гораздо худшее, чем толпа землян.
Они быстро, как могли, только что не переходя на бег, миновали несколько кварталов до дома Фаллона. Пропустив Вагнера и Гази вперед, Фаллон запер дверь.
— Вагнер, беритесь за этот диван. Придвинем его к двери.
Вдвоем они придвинули кушетку к двери.
— Теперь посидите здесь, пока мы переоденемся.
Через несколько минут, надев свою накидку, Фаллон вновь появился в комнате.
— Что слышно о наших друзьях?
— Ничего. Ни звука, — ответил Вагнер.
Фаллон достал сигару.
— Курите? Наверное, нет.
Он зажег сигару, затянулся и сделал глоток квада.
— Немного алкоголя?
— Нет, не нужно, но вы продолжайте. И я не собираюсь указывать, как вам поступать в вашем собственном доме, даже если вы совершаете грех.
— Правильно, Унылый Дэн.
— О, вы слышали об этом? Да, я был худшим грешником в системе цетических планет, а может быть, и во всей Галактике. Вы даже представить себе не можете, какие грехи я совершал, — Вагнер задумчиво вздохнул, как бы заново переживая эти грехи. — Но потом я прозрел. Мисс Гази…
— Она не понимает вас, — сказал Фаллон.
Вагнер перешел на ломаный балхибский:
— Миссис Гази, я хочу сказать, что человек не знает настоящего счастья, пока не увидит свет истины. Все земные наслаждения исчезают, как облако дыма, перед лицом того, кто правит миром. Вы знаете всех богов, в которых верят на Кришне? Они не существуют. Когда вы поклоняетесь своему богу любви, вы на самом деле поклоняетесь одной стороне истинного Бога, который в то же время и бог любви. Но если вы поклоняетесь одной стороне единого истинного Бога, почему бы вам не поклоняться ему полностью?..
Фаллон, потягивая квад, вскоре устал слушать проповедь. Однако Гази речь миссионера, по-видимому, нравилась, и Фаллону пришлось слушать дальше. Он вынужден был признать, что Вагнер обладает каким-то магнетизмом. Его длинный нос дрожал, глаза сверкали страстью приобрести очередного новообращенного. Когда Фаллон пытался задать вопрос или возразить, Вагнер обрушивал на него лавину силлогизмов, цитат и призывов.
Прошел уже час, Рокир садился, а толпа занидцев не появлялась. Фаллон, почувствовав голод, сказал:
— Мы не гоним вас, старина, но…
— О, конечно, вам нужно обедать. Я забываю обо всем, когда говорю об истине.
— Мы были рады вас видеть, — коротко сказал Фаллон, отодвигая диван от двери. — Вот ваш тюрбан, и воздерживайтесь от соблазнов.
Вагнер со вздохом надел длинную грязную ленту на свои черные волосы.
— Постараюсь. Но вот моя карточка, — и он протянул визитную карточку с надписью на английском, португальском и балхибском. — Это адрес меблированных комнат в Думу. В любое время, когда упадете духом, приходите, а я озарю вас божественным светом.