Я всё чаще отмечала, что остальные коллеги сторонятся Рикардо Кэпчука. Видимо, из-за его характера. Он взаправду мрачен, себе на уме, крайне сдержан в эмоциях и стоит здесь в ТДВГ особняком. На формальном уровне мы все друг к другу дружески относимся, мы прежде всего соратники, однако между некоторыми агентами прослеживаются более глубокие отношения и мнения друг о друге. Что касается меня, я всегда относилась к нему как к равному себе.
Пит немного надулся, выражая несогласие. Вот он как раз считал Кэпчука нелюдимым букой:
– Признаюсь тебе, у меня от него мурашки по коже. Его гениальность как учёного-химика прекрасно сочетается с его гениальностью в области убийств, и это меня пугает. Он хладнокровно убил нескольких человек, и даже нисколько не раскаивается об этом!
– Я не буду с тобой сейчас это обсуждать. Как бы там ни было, мы команда. Если ты не против, говорить ему, что Аманда нас к нему приставила, буду я.
– О, я совсем не против, – "разрешил" 003.
Лаборатория, что на минус втором секторе, небольшая. Она принадлежит к целой плеяде помещений, где трудятся наши учёные, что разрабатывают и исследуют различные вещества. Противоядия, ультра быстродействующие лекарства, супер заживляющие мази, оружие вроде транквилизаторных пуль для усыпления противника. Основные лаборатории находятся на других минус этажах, а эта, маленькая, негласно выделена под нужды самого талантливого химика в ТДВГ, а возможно, и в мире. Это и есть Рикардо Кэпчук. Он изобрёл формулу, позволяющую человеку стать на некоторое время невидимым вместе с одеждой, причём без опасных побочных явлений. Наверняка он много чего ещё изобрёл, только не распространяется об этом по понятным причинам. Ведь косвенной причиной того, что Кэпчук был вынужден охотиться за Крампом и убивать всех подряд, было его открытие. Которое чуть не попало в злодейские руки.
Рикардо Кэпчук молодой мужчина, на вид лет за тридцать или около того. Брюнет, прямые волосы, любит носить их слегка зачёсанными назад, глаза карие, нос прямой. Рост высокий, много выше среднего. Метр девяносто, наверное. Сложно описывать таких людей, как он, потому как за заурядными описательными словами скрывается слишком многое, чего и не описать. Прежде всего, его энергетика. Нет, он не книжный червь, не хилый научный сотрудник в белом халате. Телосложение его более чем спортивное. В плавных, отточенных, неспешных движениях угадывается профессиональный боец или киллер. На лице никогда не показываются эмоции. Такого гипер бесстрастного лица я ещё ни разу не встречала.
Ещё он не говоря ни слова, умеет внушать страх, уважение и свою власть. Не как командир-диктатор, кичащийся от комплекса быть во всём главным, а как человек, который очень уверен в себе, ничего не боится, и от этого начинаешь невольно бояться его. Его можно сравнить с хищным зверем, вроде льва. Или с хищной крупной опасной птицей, вроде орла. Причём это не вожак львиного прайда или орлиной стаи, а хладнокровный суровый одиночка, предпочитающий прогибать жизнь под себя и сам устанавливать правила. Он не подпускает к себе никого, никому не являет своего истинного лица. Для кого-то показывает маску идеального воина или наёмника, для кого-то – идеального учёного гения в области химии. Для врагов же он тот, при виде которого у них трясутся поджилки. Враги его, между прочим, выживали крайне редко, и то по его желанию. В его тёмных глазах читается, что он видел некие запредельные тайны бытия, не только видел, но и создавал их.
Так что не удивительно, что окружающие слегка теряются в его присутствии и избегают его. Про Рикардо же нельзя сказать, что он сам избегает людей, не такой он породы, чтобы прятаться от кого-то. Эти его качества объясняют, почему Пит, во время того спецзадания неплохо поладивший с ним, теперь чуток идёт на попятную.
Сейчас Рикардо в лаборатории. Когда мы вошли, он рассматривал что-то под микроскопом. Двери в лабораторию открывались бесшумно, и мы старались тихо ступать, понимая, что он работает, а мы отвлекаем его. Но он увидел нас, поднял голову и посмотрел пронзительным взглядом, словно зная все наши мысли. Пит невольно приостановился, готовый пробормотать "мы позже зайдём", но я смело подошла к Кэпчуку и поприветствовала старшего коллегу:
– Здорово! Расскажи-ка нам про неглубокую могилу в Карридене.
Взяла стульчик, пододвинула его поближе и уселась, взглянув на Рикардо снизу-вверх. Говорят, наглость – второе счастье. Взять миссию нахрапом – иначе деградирую! А стоять в сторонке и мяться, не зная, как подойти к строгому дяде – это точно не по мне, агент 003 пусть сам выбирает свои методы коммуникации. Пит осмелел малость и подошёл к нам. Стул брать не стал, а с затаённой тревогой наблюдал за развитием событий. Небось высчитывал, через сколько секунд Кэпчук пошлёт меня на… Луну.