Рикардо поглядел несколько секунд на меня, потом пару секунд на Пита. По продолжительности его взгляда я определила, что меня он считает в нашей диаде главной:
– Сорвиголова, Сыщик. Вы в курсе, что после Дела, связанного с покойниками, не все возвращаются живыми?
– О, от этого мы ещё больше хотим взять это расследование! – загорелась я, не сдерживая счастливую улыбку. – Так ты расскажешь нам?
– Вы как доберманы вцепились в глотку, и клещами не отдерёшь, – пошутил в своём стиле Рикардо. – Давайте знакомиться. Нашу главную героиню покойницу звали Элиза Силлин. Что примечательного и главного? А то, что спустя девять дней тело не имело следов разложения. Испуганные замученные родственники не обратили на это внимания, их больше колышило, что дорогой гроб из красного дерева превратился в дорогой гриб из красного дерева, взнуздавшись из-под земли.
– Гроб превратился в гриб?! – удивился Пит. – Как это? Аманда нам ничего не говорила…
Кэпчук посмотрел на Пита как на деревенского дурачка:
– Фигурально выражаясь.
– А, то есть, он просто вылез?
– Так как было дело? Рассказывай с самого начала! – попросила я.
Тут же увидела лежащие листочки бумаги, куда учёные записывали приходящие в ходе лабораторных работ озарения. Я взяла кипу листочков, карандаш и многозначительно объявила:
– Только помедленней, я записываю.
– Уверен, ты прекрасно справишься, владея в совершенстве навыками стенографии, – бросил Кэпчук. – Карриден – пригород, где проживают весьма обеспеченные люди. Там находится несколько дач известных кинозвёзд. Девять дней назад умерла Элиза Силлин, в возрасте двадцати лет. Её отец преуспевающий банкир, а мать адвокат одной из крупнейших корпораций.
– Бедняжка. От чего она умерла? – спросил 003, поражённый столь молодым возрастом покойной.
– От инфаркта. Внезапно остановилось сердце. Таково официальное заключение патологоанатома.
– У неё в роду были родственники с предрасположенностью? – уточнила я, делая пометки на листочках.
– Не было, – ответил Рикардо. – Её похоронили девятнадцатого июля, в гробу из красного дерева. Одна из её родственниц, двоюродная тётка Полина Остинс, настаивала на кремации, но остальные родственники решили закопать. Однако, мне с запозданием пришла заявка на кремацию, которую потом отменили.
Рикардо Кэпчук не только учёный-химик. То ли для прикрытия, то ли в качестве одной из своих странных прихотей и хобби, он подрабатывает в крематории морга на улице Теней. Именно на этой улице в марте началось наше расследование, приведшее нас к Кэпчуку, а Кэпчука приведшее в ТДВГ.
– Второй раз я столкнулся с покойницей сегодня утром, когда мы с Фрэнком Скрэтчи обсуждали кое-какое химическое соединение, и он получил сообщение, что его людей вызвали расследовать акт вандализма на кладбище. Фрэнк возмущался, что его подчинённых у него отняли на малозначимое дело, но я его малозначимым бы не назвал. Я кратко рассказал Фрэнку о якобы совпадении – заявке на кремацию тела. Но наш коллега агент Скрэтчи не пожелал присоединиться к расследованию.
– Вот это да, карамба! – поразилась я. – Бывает же. Сама аномальщина летит в руки ТДВГ. На ловца и зверь бежит! Так что за акт вандализма? Девушку похоронили, сегодня родственники пришли на поминки, а гроб кто-то выкопал…
– Что тут аномального? – уточнил Пит.
– Раскапываю. Третье совпадение, подтверждающее, что надо продолжать раскапывать – это ваше здесь, молодые люди, появление.
Я польщённо улыбнулась:
– Так за чем дело стоит? Кто такая эта Силлин? Кто, зачем и с какой целью мог откопать её гроб? Что за жизнь она вела? – я была подхвачена интригой.
Пит поддержал:
– Может быть, у неё был любовник, который никак не мог смириться с её смертью, и решил проверить, убедиться, что она взаправду умерла?
– Сыщик, ты забегаешь вперёд локомотива, причём успешно, и тебе вот-вот отдавит пятки, – Рикардо изрёк изысканный комплимент умственным способностям Пита. – Через час я отправляюсь на занимательную беседу с женихом Элизы Силлин, Сэмюэлем Лисоном. Из его уст я надеюсь получить исчерпывающую неформальную информацию о покойной.
– Чем мы можем тебе помочь? – я с искреннем участием посмотрела на коллегу. – Тебе удалось раскопать уже хоть что-то? Кстати, что там у тебя в микроскопе, это кладбищенская земля?
Одержимая порывом любознательности, я вскочила со стула и приблизила свой глаз к окуляру.