– Не надо, – сказала я, вытягивая руки и делая то, что он сказал. Но дикая магия все равно текла. Это была чистая энергия мистиков, которая заставляла мои волосы плавать, а кожу – гореть. – Пожалуйста. Это не линия.
– Брось! – прокричал он мне, его лицо исказилось, и я почти потеряла сознание.
– Это не линия! – прокричала я, паникуя. – Это мистики! Пожалуйста!
Трент посмотрел на меня, в его глазах читался страх за меня, а не за себя. О Боже, я собиралась потерять его именно тогда, когда узнала, сколько он для меня значит?
– Лэндон? – перебил один из мужчин с переносным сканером в руке. – Она права. Это свободно располагающиеся мистики. – Он сглотнул, когда посмотрел на меня, внезапно побледнев. – Сэр?
Лэндон улыбнулся, вероятно, не зная, что он отстранился от Трента почти на полтора сантиметра. Я вздохнула, отпихивая голоса в мою голову.
– Великолепно. Ты нашла способ управлять ими. Следующие несколько месяцев это будет удобно. Еще лучше. Морган, повернись. Встань на колени. Руки за голову. Выполняй, или Каламак умрет.
Если я позволю ему держать мистиков, мир будет брошен в хаос. Если я нападу на него, то Трент умрет. Нерешительность качала меня, и было ощущение, что голова готова была взорваться.
Стань!кричали во мне мистики. Дай нам стать!
– Стать? – прошептала я с бешено колотящимся сердцем. – Я не знаю как.
Тебе и не надо,сказал один. Мы сделаем. Просто слушай.
Лэндон сузил глаза.
– Морган... – угрожал он, приставляя пистолет к черепу Трента сильнее.
Слушай,сказали еще мистики, и, наконец, я сделала то, о чем они меня просили.
Мое дыхание, как я внезапно поняла, вышло с шипением. Мистики, которые плавали в моей нервной сети прошлые два дня, медленно приспосабливались к тому, как я видела мир, и к тому, как работать в пределах него. То, что когда-то было запутанным, разошлось без моего понимания. То, что когда-то занимало минуты осознания, стало второй натурой. Оглядываясь назад, я увидела наметки их нежной прогрессии, как путь через лес. Все, что я должна была сделать – выйти на солнце.
Таким образом, я слушала, и с непринужденностью, когда надуваешь пузырь, я знал все, что они видели: напуганного инженера, склоняющегося к своему напарнику, когда мужчина целился в того из оружия; и его отчаянный план – пожертвовать собой, чтобы спасти бесчисленные миллионы; Айви, стоящую позади меня, сжимающую кулаки от расстройства. Я видела Нину, плачущую по Айви, когда та мчалась вперед, туда, где следующая дорога пересеклась с железнодорожным полотном, надеясь остановить поезд, даже если это означало ее смерть. Я чувствовала активную энергию оборотней, сосредотачивающихся в Чикаго, конкурирующие группы объединялись, чтобы штурмовать станцию и заполнить поезд. Даже волнение в вертолете новостей, и Дженкса, держащегося за Биса, когда тот полз к голове состава, чтобы найти своего папу. Столько людей, готовых пожертвовать собой... но ни с одним из них ничего не должно было случиться. Мистики эволюционировали, стали. И сегодня Трент не умрет.
– Ты должен опустить их, – сказала я, чувствуя себя легкой и нереальной. Жужжащей от света. Он жег мою душу, обугливая даже тогда, когда это придавало мне силы.
Дуло толкнуло Трента вперед, и мое дыхание легко сорвалось с губ, когда я увидела, как я могла уложить Лэндон, прежде чем пуля сможет добраться до конца ствола. Я сделала шаг вперед, и выражение лица Лэндона изменилось, когда он увидел изменения во мне.
– Верно, – сказала я, страх ушел. – Я переполнена ими, и если ты не отпустишь их родню, то узнаешь, что бывает, когда демон играет с дикой магией. – О Боже. Это больно.
Уверенность Лэндона зашаталась. Позади него его мужчины обменялись взглядами.
– Знаю, мне любопытно, – пробормотал Трент.
Я смотрела, как будто в замедленной съемке, как Лэндон развернул свое оружие и ударил рукояткой по затылку Трента. Айви дернулась, и я послала взрыв звука, чтобы остановить ее, прежде чем она шагнула и начала кровопролитие. Я смотрела в разум Лэндона. Он не собирался убивать Трент. Пока что. Он хотел его, поскольку падение парня должно было обмануть понимание Свободных Вампиров. Так не происходило.
Я сделала еще три шага ближе, когда Трент упал, потрясенный, но не без сознания. Лэндон был шокирован, когда он поднял глаза и нашел меня, это было похоже на то, что он застыл. И оружие переместилось от Трента ко мне... как я и хотела.
– На колени, – потребовал он, посмотрев за меня, чтобы также видеть и Айви.
Айви опустилась вниз, как ей и было сказано, но я не могла этого сделать. Дикая магия лилась через меня, чистая и неиспорченная от лей-линии. Обжигающая.
И затем я улыбнулся Дженксу. Он был с Бисом, небольшая горгулья цеплялась за пределами качающегося вагона, когда он показал мне большие пальцы. Этюд был с ним. Теперь я могла сделать это. Теперь это закончится.
Я не была предназначена для этого, и голова агонизировала, я смотрела на коробки, их содержимое удерживалось надуманной, переменной мощности батареей. Лэндон был глуп. Он не имел права держать привязь Богини. Никто не имел права.
– У тебя есть то, что принадлежит мне, – сказала я, все они не обращали внимания на сосредотачивающихся во мне мистиков... кроме Дженкса и одного очень напуганного эльфа со сканером.
– Вниз ее, – направил Лэндон одного из мужчин.
– Поздно, – выдохнула я, дрожа, когда волна энергии прокатилась по моей коже. – О, слишком поздно. Они мои. Я и забираю их домой.
Дуло пистолета переместилось от меня к Тренту.
– Обладание – это девять десятых закона, – сказал он уверенно, жестом указывая одному из мужчин. – Я сказал, взять ее!
Но мужчина со сканером не двинулся.
– Обладание – именно так... Лэндон, – сказала я, стоя перед ними, перед ними всеми в центре качающегося вагона. Захваченные и расколотые мистики выли, желая, чтобы их выпустили. Мы были за пределами Цинциннати, и так близко к лей-линии Лавленда, насколько мы собирались добраться. Я могла отвести их домой.
Я сделал заключительный шаг вперед, мистики принесли мне запах пота Лэндона, глубину его сомнения.
– Остановись! Или я убью его! – прокричал Лэндон, и я потянулась к ним.
– Рейчел! – прокричал Трент, и Лэндон нажал на спусковой крючок.
Вперед,подумала я, наблюдая взрыв пороха в стволе и посылая достаточное количестве мистиков, чтобы забить оружие и заставить его дать осечку. И они пошли.
Сейчас,подумала я, прося больше переложить крошечный баланс в воздухе. Полюса в батареях икнули. Этого было достаточно, и с тихим взрывом, расколотые мистики вырвались из своей тюрьмы. Демон мог бы сделать это с помощью заклинаний и проклятий, но с мистиками, купающимися в моей нейронной сети, все, что я должна была сделать, это попросить.
Взгляд Трента был обращен ко мне, он моргнул. Это всегда завораживало.
И тогда пистолет дал осечку, откидывая Лэндона назад.
– Рейчел! – закричал Трент, карабкаясь вперед, несмотря на то, что Лэндон упал на своих людей и сломанные стулья. Дежурная закричала от страха. На мгновение воздух загудел от магии.
А потом освобожденные расколотые мистики ворвались в меня.
– Нет! – прокричала я на поток безоговорочной ненависти. Это была не просто моя боль, но и моих мистиков, тех, которые развились, поскольку их новый характер был измерен и найден неправильным меньшим количеством. Я упала, пузырь в моем уме смещался, чтобы обеспечить прохождение знакомых мне мистиков и сдержать остальных. Разбитый и рассерженный осколок перешел и изменился, чтобы найти путь во мне. Снова я барахталась, чтобы получить хотя бы один глоток воздуха, прежде чем они снова затопили меня.
Руки Трента вокруг меня напряглись, горя как в огне, когда мистики боролись, а мой разум был полем их битвы. Пламя становления мчалось, горячее и синее по краям, охлаждаясь до черного, куда оно шло, но было слишком много расколотых мистиков, и над всеми, которые выросли и смешались, десять брали верх.