– Он обещал, что не будет игнорировать меня! – почти прошипела я, когда мы проскользнули за мужчиной, регулирующим движение; небольшой взмах рукой Трента и наши каски сказали, что мы часть этого. Даже новостные команды не заметили нас.
– Скажи им, что ты Маргарет Тэссел. Она – человек по переговорам с заложниками, – сказал Дженкс.
– Он берет заложников? – Беспокойство окрасило голос Трента, когда он потянулся открыть для меня дверь.
Взволнованная, я вошла внутрь неожиданно спокойно, и холодок из кондиционера заставил меня вздрогнуть. Полная пустота была ужасающей. На обшарпанном полу валялся мусор, а оранжевые стулья были пустыми. Передняя стойка регистрации была безлюдной, а металлические и магические детекторы брошенными. Почти вне поля зрения трое полицейских в форме офицеров ФБВ и один в штатском помогали носилкам и экипажу скорой помощи разместиться в лифте.
– Эй! – позвала я, шагая вперед и игнорируя сигнал детектора, пока мои ботинки необычно громко щелкали по кафелю. – Подержите лифт!
Но было слишком поздно. Двери лифта закрылись, оставляя всего одного офицера одетого в форму и людей в штатском – в качестве все еще неофициальных привратников.
– Верхний этаж, верно? – сказала я, затаив дыхание, когда мы с Трентом остановился перед ними, и я нажала на кнопку вызова, заставляя людей в штатском нахмуриться. – Эдден уже там?
– Э, а вы кто, мэм?
– Мэм? – Дженкс хихикнул с моего плеча, привлекая их внимание. – Он назвал тебя мэм.
Я попыталась превратить свою гримасу в очаровательную улыбку со смешанными результатами.
– Рейчел Морган и, э, Трент Каламак. Этим утром я звонила Эддену. Он, как предполагалось, дал нам допуск.
– О, да! – воскликнул человек одетый в форму, широко распахивая глаза, когда его взгляд двигался от Трента до Дженкса, а затем до меня. – Я слышал, что вы приезжали в среду. – Опустив головы, они оба посмотрели на список на планшете. – Ни одного из вас нет в списке. Мистер Каламак, мне жаль, но я не могу пропустить вас.
Я вздохнула от того, как быстро Трент стал здесь управляющей силой, но он когда-то был в муниципальном совете и был крупным благотворителем на любимых благотворительных мероприятиях ФБВ и О.В., а также у полдюжины других. Они знали меня, только потому, что я доставляла неприятности.
– Ты должна была сказать им, что ты – Маргарет Тэссел, – сказал Дженкс, мягко бубня.
– Я уверен, что мы сможем что-нибудь придумать, – сказал Трент, его политический голос был в прекрасной форме.
Позади нас лифт, скрепя, остановился и звякнул. У меня не было времени для этого.
– Это последний отчет? – сказала я, когда лифт открылся, и они дернули головами, когда я выдернула бумаги прямо из руки человека. Улыбаясь, я вошла в лифт. Опустив голову, чтобы скрыть улыбку, Трент спокойно вошел за мной. Дженкс завис в дверях, и я отчаянно нажала на ближайшую к двери кнопку, ни на мгновение не переставая улыбаться.
– Мэм. Мистер Каламак. Пожалуйста, выйдите из лифта, – сказал мужчина в штатском, его рука дернулась, как будто пытаясь дотянуться до манжета, и крылья Дженкса загудели, останавливая человека намертво, когда тот сделал движение, чтобы дотянуться до нас и вывести из лифта.
– Сделайте мне одолжение, – сказала я, придерживая ближайшую к двери кнопку и улыбаясь. – Скажите Эддену, что я иду? Мои звонки, кажется, не проходят в последнее время.
Наконец двери начали сдвигаться. Полицейские потянулись, чтобы удержать двери открытыми, и отдернулись, когда Дженкс зажужжал. Пикси влетел в последний момент, и я громко выдохнула, отступая к стене лифта. Трент улыбался, когда Дженкс завис посреди лифта, довольно просыпая бассейн солнечной пыльцы.
– Ты можешь быть смелой, – сказал Трент восхищенно, и я выпрямилась, мое беспокойство снизилось. Почему я так упорно работала, чтобы он попал туда? У Бэнкрофта съехала крыша.
– Ты еще ничего не видел, – сказал Дженкс, приземляясь на перила и перебирая ногами, чтобы устоять, когда он соскальзывал, его крылья ловили его прежде, чем он мог переместиться хотя бы на волосок. – Я видел, как эта женщина отталкивала со своего пути...
– Дженкс!
Усмехнувшись, Дженкс переместился на плечо Трента.
– Напомни мне позже.
Но Трент даже не слушал, поглощенный отчетом, который я взяла.
– Это не похоже на Бэнкрофта, – сказал он, нахмурив брови. – Заложники? – он перелистнул страницу, его глаза расширились. – О нет.
Я наклонилась посмотреть, Дженкс присвистнул, сложно сказать по нечеткой, увеличенной фотографии, но это выглядело, как будто треть стен верхнего этажа взорвали, чтобы создать укромную пещеру на вершине неба.
– Тинкины маленькие розовые бутоны, – Дженкс вздохнул почти так же громко, как гудели его крылья. – Сколько магии ты принесла, Рейч?
– Достаточно? – неуверенно произнесла я, подтянув сумочку. У меня не было ничего, что позволило бы мне летать, а мы были выше тридцатого этажа. – Он выдвинул какие-нибудь требования?
Трент пролистывал страницы, когда лифт звякнул.
– Пока... нет.
Его слова смолкли, когда серебристые двери открылись, и твердый аромат свежего воздуха и сломанного бетона проник в лифт и вниз по шахте. Почти немедленно двери начали закрываться, и я протянула руку, останавливая их. Мы все трое выглянули в кажущиеся чужим разрушенное здание, ветер откинул мои волосы. Стены между нами и горизонтом были уничтожены, и, хотя потолок все еще был, небо Цинци простиралось перед нами в великолепной беспрепятственности. Флуоресцентные лампы, где есть, где нет, свисали с потолка, когда-то упорядоченные. Столы и офисное оборудование были сдвинуты в случайные кучи. В одном углу у края огромная груда вещей выстроилась до потолка. Она, должно быть, была, по крайней мере, сорок футов в диаметре и сделана из столов, кусков гипсокартона и скрученной арматуры. Это выглядело как гнездо.
Это сделал Бэнкрофт?
– Возможно, нам следует остаться в касках, – прошептала я. Между нами и беспорядком был намного более скромный барьер из столов, а позади них спиной к нам сидели два офицера и Эдден. Почти у наших ног и явно ждущие чтобы их убрали, лежали два зловещих, накрытых пальто тела. Команды скорой помощи и носилок нигде не было видно, но я заметила, как второй лифт опускался.
Они забирают тела,подумала я, медленно выдвигаясь перед Трентом.
– Я не знаю, есть ли у меня достаточно магии для этого, – сказал Трент, и Эдден обернулся, все еще припадая к земле. Когда я слегка махнула ему, он нахмурился и резко указал нам присоединиться к нему.
– Ты думаешь? – Дженкс метнулся прочь и сразу же потерялся в ветре и бликах, отскакивающих на открытый этаж с соседнего здания.
– Идите сюда! – почти прошипел Эдден, и мы пошли, пригнувшись, а половину пути пробежали. Арматура и обшивочные листы валялись на квадратиках ковра, прохладный воздух по-прежнему тек по воздуховодам. Голос Бэнкрофта шел из странного «гнезда», он кричал о солнце и о том, что нужно подойти ближе.
– О, Слава Богу, – выдохнул Трент, когда мы приблизились. – Там Лэндон. Он в порядке.
Я оторвала взгляд от накрытых тел. Ладно, это был вопрос интерпретации. Молодой человек сидел на полу, стиснув зубы и сверкая глазами по сторонам. Доктор Тэссель?Я задумалась, взгляд вернулся к телам у лифта. Не хорошо.
– Почему вы так долго? – спросил Эдден, когда я переступила через толстый удлинитель, ползущий по щебню, чтобы монитор, в который уставились два офицера, работал.
– Так долго? – сказала я раздраженно, когда села на шкаф для файлов. – Мы должны были пробираться по мосту и прорываться к лифту. – Обиженная, я сидела, сгорбившись, чтобы остаться незамеченной. – Клянусь, Эдден, если ты продолжишь игнорировать мои звонки...
– Я сказал им позволить тебе пройти! – сказал Эдден, прервав меня, и два офицера, возящиеся с оборудованием, пожали плечами, как будто это была не их вина. Моя злость немедленно исчезла, и, видя это, Эдден вздохнул. – Мистер Каламак, здесь не безопасно. Я понимаю ваши взаимоотношения с Бэнкрофтом и ценю предложение, но я бы чувствовал себя лучше, если бы вы спустились вниз.