– Балор, – спрыгнув с коня и начав раздеваться, позвал урукхая Призрак. – Твои контролируют берег. Ни одна тварь не должна с воды выйти на него. Пал, чего стоим? – обернулся он к вайрону. – Намазываемся жиром.
– Зачем? – пожал тот плечами. – Поплывем волками, а у кораблей обернемся.
– И в воде сможете?
– А какая разница?
– Счастливчики, – проговорила Катаюн, намазываясь вонючим жиром какого-то животного, абсолютно не стесняясь своего обнаженного тела, как, впрочем, и остальные «мыши» и десяток альвов во главе со своей командиршей Элетрой и двумя «верными»: Аршалем и Аламгиром.
Вскоре на берегу стояли три десятка воинов, единственной одеждой которых были клинки, рукояти которых торчали из-за их плеч, да непромокаемые мешки, прикрепленные к поясу, в которые они сложили свою одежду. Альвам, правда, пришлось еще брать непромокаемые чехлы с луками, но тут уж никуда не денешься – это их основное оружие.
– Так, детки, – накинув на обнаженное тело перевязь с Поющим и Защитником, сказал Атей. – Действуем тихо и предельно четко. Пал, твой первый корабль…
Вайрон кивнул.
– Из лучников с тобой Листопад и Везунчик. Яркая, ты со мной. Подбери еще пяток воинов, остальных Палаку.
– Опять Батя всех девушек себе забрал, – хмыкнул кто-то из волков, и среди воинов пронесся легкий смех, больше похожий на тихий шелест набегающих на берег волн.
– Посмеялись? – улыбнулся князь. – Молодцы, а теперь слушаем дальше. Наемники, скорее всего, будут в трюмах – на палубе только стража. По крайней мере, так сказали те, с которыми разговаривал Лигдам. Так вот, караул снимайте, а тех, кто внизу, просто закрыть. Лишнюю резню устраивать не будем.
– Это еще почему? – не поняла Катаюн.
– Потом, милая, что нам еще столицу строить. Сама будешь камни носить? И потом – вспомни Гуго Зерцало.
– Все, поняла, – подняла она руки, словно специально демонстрируя свою идеальную обнаженную фигуру. – Не всем «псам войны» будет по нраву то, что их противником является Атей Призрак.
– Именно. Пошли потихоньку.
Серые тени медленно вошли в холодные воды Золотого. Ни всплеска, ни вздоха от обжигающей воды, лишь шум бьющих по воде капель дождя.
Всматриваясь в далекие силуэты кораблей, на берегу стояли урукхаи.
– А ведь у нас может получиться, – уже потеряв из вида головы воинов и волков, проговорил Балор.
– Ты о чем, Уздечка? – спросил его стоящий рядом воин.
– Дом удержать, – пояснил тот.
– Глядя на них, – указал в темень его собеседник, – я в этом не сомневаюсь. Главное, чтобы в этом доме потом не завелись крысы, как у Криса Великого.
– А вот травить их загодя – это уже наша задача, Саттар Тур. И я буду делать это без раздумий, – сказал Балор и чуть позже добавил: – Как думаешь, твой брат придет?
– Должен, – кивнул воин, которого Уздечка назвал Саттаром. – Нет, я просто уверен. Для нашего рода будущего в степи просто нет.
– Хорошо бы, – кивнул Уздечка. – Тогда бы мы, ух, как развернулись. Ладно, хватит трепаться, распределяй воев по берегу. Если хоть один уйдет, сам на поединок чести проспавшего вызову. И отправь пару воев приглядывать за поселком.
– Уйдешь от «мышек» и волков, как же, – хмыкнул Тур, но команду все же отдал. Он был хорошим младшим командиром и привык выполнять приказы старших.
Горящие окна кормовых надстроек медленно, но неотвратимо приближались, и вот над головами бойцов нависли борта кораблей. Несколько волков уже перекинулись. «Вот же бестолочи, – подумал князь. – Теперь вся бронь мокрой будет, а нам еще возвращаться назад в крепость».
Но для того, чтобы отчитывать вайронов, не было времени, да и место к этому не располагало, поэтому он, ухватившись за толстый якорный канат, уходящий в воду, стал медленно забираться на палубу. Увидев его силуэт, то же самое стали делать и воины, целью которых был первый корабль.
Пребывая в боевом трансе, в который он вогнал себя еще на берегу, Призрак, полностью оправдывая свое второе имя, незамеченным появился над бортом. Страж, приютившийся под самым фонарем, не спал, но вот, чтобы хоть как-то уберечься от вездесущих дождевых капель, проникающих под одежду, он накинул на себя грубый плащ с глубоким капюшоном. Теперь ему хорошо было видно лишь то, что находится прямо перед ним, а головой он старался не вертеть, чтобы не впускать под одежду холодный ночной воздух.
Атей бесшумно шагнул на палубу, и уже через миг тело наемника повисло в его руках безвольной куклой. Осторожно положив беспамятного стража и осмотревшись по сторонам, он дважды стукнул кулаком по канату, уходящему к воде, который тут же задрожал от тяжести тел, что стали споро по нему подниматься. Появляющиеся на палубе бойцы с тихим шелестом вытаскивали клинки и бесшумно растворялись на палубе. Последними через борт перелезли альвы. Быстро открыли чехлы, натянули на луки тетиву и приготовили стрелы.