– Ну а вы? – повернулся он к андейцу, который все это время молча слушал остальных.
– Меня зовут Магус Своенравный, князь, – кивнул тот. – И мне до тошноты надоело то, что творится за Андейским хребтом. Ну и от Хальда весточку тоже получил, – широко улыбнулся он. – Не без этого.
Атей покачал головой и на мгновение задумался. По всему выходило, что очень много разумных связывало свою дальнейшую судьбу с князем Сайшатом.
– И сколько же с вами воинов? – наконец спросил он. – И только ли воины?
– Пока только они, князь, – пробасил гном. – Со мной сотня каменнолобых, полный малый хирд. Второй такой же отряд уже должен получить весть и выдвигаться из северо-западных баронств к Мегару.
– Из степи пока прибыло полторы сотни урукхаев, – подхватил Балор. – Но уверен, будет больше.
– Нас всех меньше, – сказал Магус. – Всего пять десятков, но они знают, с какой стороны браться за секиру.
– Как и все присутствующие в лагере, – кивнул Изумруд.
– И вместе с нами почти четыре сотни, – подвела итог Катаюн. – Родитель, ты еще сомневаешься?
– Нет, Ката, – улыбнулся Атей, – решаю с чего начать.
Граница герцогств Гальт-Резен и Верен
После знакомства с командирами своих новых воинов Призрак в тот же день представился и остальным. Среди тех, кто стоял перед ним, не было случайных разумных. Каждый воин знал, куда он пришел и ради чего он это сделал. Поэтому после того, как Атей сказал, какое ближайшее будущее их ждет, воины лишь решительно кивнули и спросили, когда князь примет их клятву. Но тот их удивил, сказав, что клятву они дадут позже. И не ему, а своей новой родине, если, конечно, они смогут ее себе завоевать, потому что именно на этой земле потом жить им и их семьям. Услышав эти слова, воины стали уважать князя уже не только по слухам. Они воочию увидели, что его поступки – это поступки достойные вождя. Но от клятвы ему все равно не удалось уйти, пусть ее и произнесли пока только командиры от лица всех, кто стоял за их спиной. Как сказал Марук Вихор:
– Хороший князь служит в первую очередь своей земле и своему народу, а вот дружина служит именно князю.
И с этим было затруднительно спорить.
А утром лагерь снялся и вскоре пересек границы леса Изгоев.
Переход к бывшему замку баронессы Луго занял почти седмицу. На совещании командиров было принято решение идти скорым маршем по ночам и нигде больше не задерживаться. Им нужен был кусок земли, на котором они успеют закрепиться и с которого потом начнут расширять свои границы. И было очень важным, чтобы до тех пор, пока они не покажутся под стенами замка, об их намерениях никто не узнал.
Труднее всех этот переход дался гномам. Закованные в сталь с головы до ног, с тяжелыми ростовыми щитами и длинными копьями, обвешанные оружием, как лещина орехами в урожайный год, они не могли угнаться не только за идущими легкой рысью конными урукхаями. Андейцы, альвы, вайроны и «мышки», передвигающиеся привычным волчьим шагом, тоже быстро оставляли их далеко позади. Причем упрямые гномы ни в какую не хотели отдавать свои щиты и копья конным воинам. Закончилось все тем, что Атей рассвирепел, взял за грудки Гаспара Стойкого и приподнял его перед собой вместе со всем железом, так чтобы видеть его глаза:
– Или ты, каменный лоб, делаешь так, как говорю я, – процедил он сквозь зубы, – или можешь катиться к хургам вместе с остальными каменюками.
Потом отпустил и скорым шагом ушел в голову колонны, решив, что его дружина уменьшилась на сотню хороших воинов. Каково же было его удивление, когда буквально через четверть часа мимо него прошагал облегченный хирд. Причем гномы, равняясь с Атеем, неистово лупили себя в грудь кулаками и уважительно кивали головами, преданно глядя на князя. И другие воины их в этом всецело поддерживали. Видимо, совладать с этими упрямцами у остальных считалось сродни небольшому подвигу.
После этого скорость передвижения возросла значительно, и уже скоро они вышли к намеченной цели.
Для временного лагеря выбрали небольшую рощицу, что была в трех верстах от замка. Немного отдохнув, вечером того же дня князь в сопровождении командиров выдвинулся вперед, чтобы на месте посмотреть на то, с чем ему предстоит столкнуться.
Замок стоял на берегу большого озера и своими размерами впечатлил даже невозмутимую Катаюн.
– И как еще герцог Верена у Агосты этот замок раньше не отобрал? – покачала она головой, разглядывая его с небольшой возвышенности, на которой они расположились. Но ее вопрос остался без ответа, лишь Гаспар восхищенно пробормотал: «ХОРОШ!»