Кивнув, парень скрылся в тех же дверях, куда ушли женщины, и вскоре принес то, о чем его просил отец.
– Надевайте, – протянул Гмар им исподнее. – Не новое, но чистое. В этом можете не сомневаться.
Благодарно кивнув, братья приняли одежду и начали быстро облачаться. Доспех действительно подошел идеально, будто был шит специально для них. Вскоре перед князем и остальными стояли два грозных воина, положив на рукояти свисавших вдоль бедер коротких мечей свои ладони. Вот только их мужественный и грозный внешний вид никак не сочетался со счастливым выражением восторженных детей на их лицах.
– Вот только ради таких моментов, когда видишь счастливые лица разумных, иногда и стоит работать, – улыбнулся гном.
Оборотни синхронно повернулись к кузнецу и, склонив головы и по традиции прижав к груди кулаки правых рук, одновременно произнесли:
– Спасибо, мастер. Это лучший доспех, что мы видели.
Гному похвала была приятна. И он, подобравшись, жестом щедрого дарителя, бросил:
– Да чего уж там. Носите, и пусть оружие в ваших руках послужит Правде.
Еще через какое-то время вернулись женщины и усадили всех за стол. Пусть они и уезжали к новому месту жительства: временному или постоянному, пока неизвестно, но быть негостеприимной хозяйкой Бенигне не хотелось. Поэтому из тех денег, что получила от князя, быстро выделила малую толику, на которые вместе с дочерями и сопровождающей их Виолин накупила немного еды. Чтобы не обидеть хозяйку и поняв, что сегодня больше никуда не успеет, Атей решил не отказываться от небольшого перекуса, тем более с утра у него во рту не было и крошки хлеба. Пусть это утро и началось для него почти в полдень.
Легкая непринужденная беседа быстро подняла всем настроение. Сам князь в разговоре принимал участие лишь тогда, когда те или иные вопросы требовали именно его пояснения. Все остальное время вещал Узелок. Его рассказ начинался с того времени, как он встретился со своим будущим князем.
Потом было повествование об их путешествии в Резен и обратно в Мегар, о том, как достался князю особняк Хрока Серебрушки, что случилось в самом Резене с ночниками. По мере того, как болтовня Лайгора пополнялась новыми подробностями о Призраке, менялись и взгляды гномов, которые они бросали на Атея. Им почему-то казалось или просто хотелось в это верить, но их жизнь, как и обещал князь, действительно совершает сегодня крутой вираж, выходя на новый виток.
Внезапно со стороны лавки раздался шум выбитой двери. Призрак моментально оказался на ногах, сжимая в руках Поющего и Защитника. Справа и слева замерли напружиненные братья, в руках которых теперь тоже было оружие. Альвы составили вторую линию обороны. Даже Гмар достал откуда-то из-под стола тяжелый молоток, задвинув себе за спину свою семью. Но это были не враги и не ночники с кредиторами. Вынырнув из темного проема двери, на пороге замер с безумными глазами Хальд.
– Княже, беда. Княжну Медаю похитили.
Даргасский Мегар. Владения графа Генберга
Фриц Завитушка с утра не находил себе места. Его размеренная и богатая жизнь вмиг покатилась под откос, как только в городе появился этот странный, никому не известный князь Сайшат. А как было все прекрасно.
Граф Генберг, личный представитель короля Тедора I Радушного в городе Мегар, поставленный правителем надзирать за окрестными землями, давно считал их если и не своей собственностью, то очень близко к этому. Он исправно пополнял казну королевства налогами, что собирались с этих земель, и ни одного пула из этих средств себе не взял. Но вот, сколько помимо этого прилипало к его рукам, не знал никто, кроме самого графа.
Он обложил данью весь город. Ему платили все: начиная от ремесленников и купцов и заканчивая ночниками и нищими на центральной площади. Платили исправно, так как в противном случае их могла ждать судьба того же Гмара Окалины, который из лучшего оружейника быстро превратился в сводящего концы с концами обычного кузнеца. И это еще не самый худший вариант. Сколько купцов, мастеровых и прочих просто пропало, не знал никто.
Завитушка, как паук, опутал своими сетями всю провинцию. Но особенно досталось Мегару. Сидя в своем особняке, окруженный верными людьми, граф не выпускал из рук нити паутины, молниеносно реагируя на еще одну жертву, что попала в нее. Подвалы его особняка были забиты не только лучшим вином, окороками и сундуками с данерами и звонгами, но и разумными, которых давно считали пропавшими без вести, а теперь ждущими своей очереди быть проданными на юг, в тот же Эрейский халифат.
Вот и дело с Хроком Серебрушкой выдалось очень удачным, как ему показалось на первый взгляд. Особняк этого купца давно приглянулся Фрицу, и он не стал сдерживать себя в средствах, чтобы заполучить его. Как только торгаш с караваном вышел из Мегара, он тут же направил своего человека к Шамраю, главарю одной из банд висельников, который провернул с Завитушкой не одно дельце. Только из-за того, что граф постоянно предупреждал главаря о готовящихся на него облавах, не желая терять выгодного компаньона, висельник и оставался неуловимым.