Вот и соблазнились они с Ряском, как пить дать в этот момент сам нечистый подтолкнул их принять предложение Раззявы. Да и хлеборобы, как видно, не от лучшей доли на это пошли. Этим труженикам серпа и плуга в любых войнах достается больше других. Свои придут – заберут хлеб, потому как защитники. Чужие нагрянут – тоже забирают, потому как трофеи. И это уже не говоря о том, сколько при этом потопчут просто так. Только потому, что идти на врага удобнее и короче именно через засеянное рожью или пшеницей поле.
Ускакали вместе с дезертирами на их лошадях на север по Даргасскому тракту, да и устроили засаду. Главарь выбрал неплохое место, им оставалось только срубить дерево да дождаться птички, что первой влетит в их ловушку. Только птичка не влетела, влетели они сами. В какой момент они остались с крестьянами одни в кустах, он так и не понял. Только услышал сдавленные вскрики бывших вояк, а когда обернулся, увидел их всех лежащими на траве, с торчащими из тел стрелами. Вот тогда-то их всех и пробрал озноб в первый раз. А, когда увидели выходящих из-за деревьев альва-изгоя и еще одного воина с закрытым личиной лицом, озноб только усилился. Топоры и дубины сами вывалились из рук несостоявшихся разбойников, когда воин в черном доспехе снял шлем-маску и улыбнулся, демонстрируя белоснежные клыки.
Бойцы собрали свои стрелы и уселись на бревнышко, которое к этому времени Танех со своими товарищами по несчастью успели оттащить с тракта. Сидели и беседовали мирно, обсуждая достоинства лука клыкастого воина. Сами «лиходеи», обобрав дезертиров и сложив перед бойцами их трофеи, стояли тут же рядышком. А как не стоять, если сказали это сделать и намекнули, что бежать, конечно, вы можете, но стрелы у нас все равно быстрее. А уж как они стреляли, они все убедиться смогли чуть ранее.
Когда из леса появился черный зверь, которого Стружка принял за лирга, незнамо как забредшего сюда с Пепелища, первым его позывом было бежать. Дождаться, когда с хищником схватятся воины, и в этот момент припустить. Так припустить, чтобы пятки впивались в задницу. Но каково было их удивление, когда зверюга подошла к мирно беседующим, не обращающим на нее внимание воинам и улеглась рядом. Вот тогда холодные, щекочущие лапки паучков страха промаршировали по их спинам во второй раз. Да еще живот у деревщика так свело, что он чуть не оконфузился.
Так и дождались они каравана, стоя соляными столбами рядом с трофеями альва и клыкастого. А потом была стоянка караванщиков. К этому моменту они уже узнали от погонщиков, что судьба их теперь зависит именно от того воина в черном кожаном доспехе, голос которого промораживал все внутренности, а взгляд черных глаз пробирался в саму душу. Но, несмотря на все страхи, которые их обуяли, Танех со товарищи получили по глиняной миске просто восхитительной густой мясной похлебки и краюхе хлеба. Потом стали свидетелями обряда дарения главой рода второго имени одной из девиц и последующего после этого небольшого пира, а по окончании его и веселья, устроенного воинами.
Вот тогда-то Стружка и наложил в штаны, услышав, с какими подробностями клыкастый расписывал, что ждет одного из воинов, если он посмеет украсть его сестру. Что же будет с ними, если такое он обещает своему соратнику?
Но это, оказывается, тоже было шуткой. Вот только от этого ему легче не стало, и сейчас он брел к роднику, чтобы набрать воды и пойти в лес отмываться.
Скинув с себя грязные порты, Танех обмылся студеной водой. Была мысль еще постирать штаны, только вот не в чем. Поэтому, закинув их подальше в кусты, он надел чистые, выданные Медаей, и теперь стоял в нерешительности, обдумывая пришедшую в его голову мысль.
«Бежать, – думал он. – Вот прямо сейчас и бежать. Самое время, пока они веселятся там у костра. А когда хватятся его – я буду уже далеко. А дальше, если богиня удачи Тамина не отвернется, вернусь в Резен и забуду все это как дурной сон. Все решено. Бегу».
Деревщик решительно развернулся в сторону темного леса и увидел лежащего в десяти шагах от него Сая, который улыбался своей неподражаемой хищной улыбкой.
Там же. У костра рода Сайшат
Воины разложили свои дорожные плащи недалеко от фургона Атея и мирно посапывали после сытного ужина и последующего после этого веселья. С тех пор как рядом с ними оказался Призрак, им вообще нравилась такая служба. Ночной караул нести не надо, друг Атея близко никого не подпустит. Ни разумного, ни зверя. В передовой дозор выезжать тоже не надо, по той же самой причине – присутствие в отряде Сая. Отшагал положенное днем, поел на привале и на боковую, набираться сил перед следующим днем. А деньги все те же. Хорошая служба? Безусловно.