Закатились все, в том числе и сам Хальд, который досмеялся до того, что стал вытирать выступившие на глазах слезы. Хотя Атей и был уверен, что смеялся он лишь над последней частью его слов, где было сказано о ходилках и веточках. И чувствовал, что это выражение еще не раз прозвучит из уст его воеводы.
– Ты понял меня, Хальд? – отсмеявшись и снова заняв свои места в составе обоза, сказал Призрак. – Понял, как считать?
– Княже, вот чувствую, что толково, но до конца никак не разберусь. Мне ведь потом народ этому учить, и пока сам не пойму все до последнего, другим объяснять не буду.
– Я помогу, друг, – впервые с момента разговора Атея и Хальда подал голос Лайгор. – В империи у магов существовал подобный метод, который потом пошел в народ. Только у них в качестве мерила временного отрезка выступал особый сосуд, из которого сыпался тончайший речной песок. Это время потом так и называли «склянка», то есть время, необходимое, чтобы из сосуда высыпался весь песок. Вот только не пойму, почему ты делишь круг именно на двенадцать равных промежутков. То, что ты делишь сутки на равные день и ночь понятно – для простоты счета. А вот с делениями этими пока никак.
– Спасибо, Лайгор, за будущую помощь, а с делениями все просто. Больше делать отсечек просто нет смысла, а разделить круг на четыре части, опять получатся стражи.
– Все понял, – кивнул альв. – По твоему мнению, это оптимальное количество делений.
– Именно так.
– Тогда слушай, Хальд, – повернулся Лайгор к Северянину, и они, отстав от Виолин и Атея, начали увлеченную беседу.
– И сколько, князь, у вас еще талантов? – спросила девушка, когда они остались одни.
– Виолин, мы же договорились, что будем обходиться без лишних церемоний, – покачал головой Атей.
– Прости, просто, послушав твои пояснения, я ощутила себя пусть и не полной дурой, но близко к этому. Странно, что такой простой и понятный, после того как ты объяснил, метод счета времени еще не был принят на Тивалене.
– Ну, Лайгор же говорил, что в империи были приняты склянки, а это примерно то же самое.
– От империи осталось только Пепелище, общеимперский язык и золотые да серебряные империалы, – грустно сказала Виолин. – Даже магов как таковых не осталось. Есть много одаренных, а системы их обучения нет. Она, конечно, развивается, но такими темпами, как сейчас, выйдет на имперский уровень еще не скоро.
– Виолин, а почему твое второе имя Льдинка? – отвлек девушку от грустных мыслей Призрак.
– Здесь все просто, – улыбнулась она. – С самого детства, как только я смогла сплести свое первое заклинание, выяснилось, что особенно хорошо и быстро у меня получаются те, что принадлежат к магии холода: «ледяная стрела», «кольцо холода», «стужа», «метель». Все очень удивлялись этому. Мама владеет магией огня, за что и получила второе имя Сполох, отец и брат – воздушники, а я Льдинка. Но все равно, по сравнению с Мудрейшим, о котором говорил отец, мы словно котята против вон твоего Сая.
Она кивнула головой в сторону приближающегося из хвоста обоза Кота, который, кинув на них мимолетный взгляд, опережая караван, скрылся в подлеске.
– Князь, я понял, все понял, – подъехал радостный до невозможности Хальд. Посмотрел на небо и серьезно сказал: – Через час будем искать место под привал.
– Не рано? – поинтересовался Атей.
– В самый раз, – покачал головой воевода. – Выбрать место, оборудовать стоянку, обиходить лошадей, приготовить ужин, а потом еще мне Лайгор поможет объяснить остальным, как правильно считать время. С этой методой порядка станет намного больше.
– Хорошо, Хальд, командуй.
Место для каравана получилось выбрать немного раньше. Проехав буквально две версты, Последыш со своими новыми друзьями Лоенором и Мидэлом обнаружили место, на котором уже кто-то останавливался, причем не один раз. Конечно, с обустроенным лагерем недалеко от Резена его сравнивать было нельзя, но наличие родника перечеркивало остальные недостатки выбранной стоянки. Да и недостатков было не так чтоб много.
Принесенный Саем кабанчик был воспринят с восторгом. По опыту Атей уже знал, что даже если в наличии много припасов, отказываться от свежего мяса никогда не следует. Ну, какая каша с сушеным мясом может сравниться с густой наваристой похлебкой, по поверхности которой плавают кружочки жира, да еще из свежей убоины?