Выбрать главу

Шраму не всегда снились кошмары с падающими стенами, один раз ему приснился человек по имени Джереми, fraterДжереми. И Яман решил, что кошмары предпочтительнее. Потому что Шрам пообещал Джереми: «я скоро приду». Уж лучше кошмары.

Хотя, конечно, «Нойр» — это идеальный вариант.

Ага. Заметили. Доложили. Один из работников… как его? Чин, кажется… повел кресло к выходу. Яман вышел навстречу, сам взялся за ручки на спинке кресла, рабочему кивнул:

— Иди.

— Что-то важное? — спросил Шрам.

— Ничего важного, — Яман вел кресло по тоннелю, подальше от шума мастерских. Свернул в пустую келью. Здесь давно никто не жил, хватало помещений и поудобнее. — Посиди спокойно.

Можно подумать, Шрам умел волноваться! Вот и сейчас он только пожал плечами. Впрочем, как только Яман взялся за скрывающую глазницы повязку, спокойствие дало трещину. Руки взлетели с подлокотников, пальцы сомкнулись на запястьях:

— Не надо.

— Я ведь попросил посидеть спокойно, — Яман аж вздрогнул, когда запястья попали в тиски. Шрам, он сильный. А кости хрупкие. — Отпусти.

Отпустил. Замер. В кресле — как на троне. Руки снова на подлокотниках, спина прямая, лицо застывшее. Учитывая, что в прошлый раз он за снятую повязку чуть не убил, нынешнее состояние можно считать идеальным спокойствием. Яман стянул ненавистную тряпку и быстро, стараясь не смотреть на рубцы, приложил вместо нее зеркальную полосу хатира. Тот помедлил, определяя форму, потом начал меняться, закрыл глазницы, верхние края вытянулись к вискам, придав и без того-то недоброму лицу Шрама вид хищный и опасный.

— Жалко, что тебе в зеркало не посмотреться, — Яман чуть подправил нижнюю часть хатира, чтобы полностью скрыть рубцы, — отлично выглядишь.

— Верю на слово, — Шрам не двигался, давая колонии клеток время запомнить новую форму, — и даже не спрашиваю, сколько тебе пришлось за него работать.

— Не так уж много, кстати. Его привезли за шестнадцать уроков, но мне перепродали за десять. Я сказал, что это для тебя, — Яман ухмыльнулся и достал сигареты. — Ты бы знал, преподобный, как тут все боятся твоей повязки. Я ее сожгу к убырам.

— Только если пообещаешь не поминать нечистых. Или я снова ее надену.

— Да ну? Откажешься от подарка, который я заработал непосильным трудом?

— Шантаж за шантаж. — Шрам коротко улыбнулся. — Спасибо, Яман.

Яман сунул повязку в карман. Наклонился, заглянул в глаза своему отражению в хатире:

— Вообще-то, я был рад сделать тебе подарок. Но спасибо я точно заслужил. Так что, носи на здоровье. — Он выпрямился. — Отвезти тебя обратно в мастерские?

— Да. И, кстати, кресло гораздо лучше костылей.

— Это еще одно спасибо? — фыркнул Яман. — Теперь я точно попаду в Самаянгу. Две благодарности от бодхисатвы — двойной пропуск.

— Не двойной, а на двоих, — в кои-то веки Шрам не стал возражать против бодхисатвы. — Если повезет, вместе проскочим.

* * *

«Сонсарк» оказался меньше, чем ожидал Дэвид, который понасмотрелся на грузовые и пассажирские звездолеты, век бы их не видеть, и начал думать, что строят их по принципу, чем больше, тем лучше. Каторжная гарима, по его представлениям, должна была быть огромной, как фанака. Да вооружение еще. «Сонасарку» сопровождение не положено, он сам себя защищать должен.

Старший фон Нарбэ внес уникальные параметры излучения двигателей «Сонсарка» в память «Хикари», Дэвид оттуда залил их на чип, а показания радаров первым расшифровал все равно Март. Ворвался в рубку, когда Дэвид только-только получил сигнал обнаружения в пространстве другого судна.

— «Сонсарк» на радарах!

— Откуда знаешь, что «Сонсарк»? — поинтересовался Дэвид, и услышал от «Хикари» невозмутимое: «подтверждаю».

То, что она опознала гариму, сверив ее излучение с хранящимся в памяти данными — это было нормально, любое появившееся на радарах судно компьютер сверял с имеющейся базой. Но подтверждать, что бы то ни было, кроме голосовых команд — это уж чересчур. Дэвид не сразу сообразил, что «Хикари» просто отреагировала на ключевое слово. А если уж совсем честно, Дэвид, даже когда сообразил, все равно не очень-то в это поверил. Не будь такое невозможным, совсем, вообще никак, он предположил бы, что это «Хикари» доложила Марту о том, что «Сонсарк» появился на радарах.

Так не бывает. Но «Хикари»… с ней точно что-то не то.

На «Сонсарке» «Хикари» тоже узнали. С тех пор, как два с половиной года назад о ней рассказывали все новости по всем каналам дун-кимато, «Хикари» узнали бы даже закоренелые планетники. Ну, а уж космонавты-то, ясное дело, и раньше были в курсе. Звездолеты-близнецы, два таких на обе империи, единственные и неповторимые… понятно, что «Сонсарк» не ограничился традиционным «чистого пространства», его капитан, сахе Самнанг сообщил, что встреча с благородными сахе фон Нарбэ — это большая честь, и добавил еще там разного нижайшего почтения. От чести принять на борту аристократа он так и так не ушел бы, но тут, считай, сам напросился.

Дэвид бы, доведись ему на месте Скорды оказаться, придумал бы повод, как на «Сонсарк» попасть, хоть поломку какую на «Хикари», хоть врача бы спросил. Ни одного аристократа никто из команды «Сонсарка» живьем не видел, так что, Скорда, не напрягаясь, мог выдать себя за фон Нарбэ, ну а дальше любая причина, чтобы внутрь пустили, и все путем. Ага, как же. Скорда вообще ничем таким не озаботился. К нему обращались «благородный фон Нарбэ-амо», а он не спорил, вот и все. Сказал, что хочет осмотреть «Сонсарк», и для «Хикари» тут же открыли шлюз, типа, милости просим, и все такое. Никто даже не спросил, а на хрена ж благородному каторжную гариму осматривать. Это к вопросу об аристократах, чтоб им вирья в софтину.

Ввести «Хикари» в открытый шлюз оказалось не сложнее, чем машину в гараж. Специальные доки еще и направляющими оборудованы, и фиксаторами, там роботы сами бы все сделали. На «Сонсарке» доков не было, только грузовой трюм, но Дэвид и «Хикари» справились без проблем. «Хикари» повисла точно в центре трюма, — принцесса, что тут скажешь, — не торопясь опустила трап, и капитан «Сонсарка», а также первый помощник и другие высокие чины, удостоились явления им настоящего, живого аристократа.

Эти-то аристократов не видели. А вот Дэвид с Мартом удостоились. На приеме, когда им ордена вручали, благородных хватало. Но к преображению Скорды они все равно оказались не готовы…

У него, у этого типа, жеманного, наглого, хитрого и скользкого, ёлы, как вирье с Формозы, в загашниках целая костюмерная. Только не одежек, а образов. Их там, наверное, бесконечное множество. На палубу «Сонсарка» с «Хикари» спустился, натурально, полубог… Он был жуть как похож на своего деда. А заодно и на Майндерта фон Нарбэ. И на всех сразу аристократов. Даже немного на Лукаса. Смотришь, и сразу ясно: он пройдет сейчас по палубе, и там, где его нога ступит, нужно ограждения ставить и мемориальные таблицы писать. А если он где за ручку дверную возьмется, или, там, выпить согласится чего-нибудь, то «Сонсарк» целиком надо будет в музей. Чтоб для потомков сохранить.

Стёб от таких штук лучшая защита, так что Дэвид сосредоточился на своих мыслях. Помогает, факт. Проверено на Лукасе. Другое дело, что тем, кто в Шэн вырос, никогда в башку не вступит над аристократом постебаться, это все равно, что богохульствовать или про Божественного Императора плохое подумать. За глаза-то, ясное дело, что угодно бывает. А вот когда наяву этакую тварь неземную увидишь, тут-то мозги и отказывают. И у Самнанга отказали, и у первого помощника. Оба только кланялись. По кораблю провести — сколько угодно, куда угодно. Благородный фон Нарбэ-амо желает посмотреть рубку? Пожалуйста! Жилые отсеки? Пожалуйста!