— В смысле? Вроде целое, — Линайра повертелась, рассматривая себя в зеркало в углу комнаты.
— Не в этом дело, — мужчина прикрыл глаза, сдерживая раздражение, чтобы объяснить. — Такие наряды носят во многих северных княжествах Нургардара. И открытую голову могут позволить себе только замужние женщины. Тебе понятно, в чём подвох? Судя по твоим глазам — нет, — Радриг вдохнул и выдохнул. — Слушай внимательно. Объясняю на пальцах. Ты незамужняя, так? Так. Северянка? Нет. Женишка с Севера нет? Нет. Ты посол? Посол. Откуда посол? С Юга. Дошло? Нет? Хорошо. В твоем окружении сейчас есть только один северянин — я! И я что делаю? Охраняю тебя. Как часто я буду рядом? Очень часто. Что подумают окружающие, если увидят северянина и девушку в северном платье с непокрытой головой? Теперь дошло?
— Все бы подумали, что ты мой муж, — дер Вальд нервно икнула и тихо пробормотала. — Скандал и возможный срыв договорённостей. Вот же я ослица, — Линайра опустилась на кровать и закрыла ладонями лицо, стараясь не заплакать.
Райдриг хмуро смотрел на подопечную. Угораздило же. Хотя, если успокоиться и подумать, то откуда ей было знать о моде и обычаях севера, когда она сама из южной страны? Сам тоже хорош. Засмотрелся и чуть не прохлопал момент. Надо что-то делать, чтобы исправить положение. Дав время на переживания, Райд снова заговорил, вырывая южанку из её грустных мыслей.
— Есть ещё полчаса, переодевайся, — теперь голос его звучал куда мягче.
Девушка посмотрела на своего охранника с ужасом во взгляде. Серые глаза словно резко выцвели, зрачки то сужались, то расширялись.
— Всё забрали чистить, — тихо сообщила Линайра, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — У меня даже того дорожного костюма сейчас нет!
Наёмник тихо витиевато выругался. Он прошёлся туда-сюда по комнате, лихорадочно пытаясь отыскать выход из ситуации. Ещё и время утекало, как песок сквозь пальцы. Внезапно его осенило.
— Раздевайся, — Райд резко остановился и приказал девушке.
— Что? — южанка ошарашенно уставилась на воина, не понимая, зачем ей нужно снимать одежду.
— Раздевайся, я сказал, — повторил северянин, а потом рявкнул. — Быстро!
Линайра икнула и принялась расстёгивать пуговки на платье, судорожно то краснея, то бледнея. Райдриг тем временем скинул свою куртку на спинку стула. Что-то громко звякнуло. Жилет оказался там же спустя несколько мгновений. Когда наёмник снял рубашку, дер Вальд замерла, совершенно позабыв и про пуговицы, и про трапезу у короля, и про то, кто она и где. Щёки запылали, сердце замерло и начало стучать быстро-быстро от волнения.
«Вот это экземпляр. Какой рельеф! Какая кожа! И мышцы такие, — южанка не заметила, что машинально облизнула пересохшие губы, пока пялилась на Райдрига, который повернулся к ней спиной. — Какие плечи. А если потрогать?» Линайра медленно моргнула и, рвано вздохнув, через силу отвернулась и собиралась отойти ближе к зеркалу.
Райд надевал жилетку, когда со стороны девушки раздался испуганный короткий вскрик. Едва успев, он поймал летевшую прямо носом в ковер дарру. Она подняла на него свой растерянный и будто бы затуманенный взгляд. Крепко сжав зубы, воин развернул Линайру к себе спиной и одним рывком избавился от пуговиц. Поспешно стянув с неё платье, не особо беспокоясь о моральном состоянии охраняемой, он отошёл к столику и достал из голенища сапога узкий кинжал.
— Одевай мою рубашку, — бросил в приказном тоне, пока отрезал от платья ненужную часть.
«Да куда ж я её напялю? — девушка покосилась в сторону стула, на спинке которого висел указанный предмет одежды. — Совсем клин в голову вбился ему что ли? Я в ней утону сразу же».
Линайра переступила с ноги на ногу и глянула на себя мельком в зеркало: она оставалась в длинной плотной и жесткой нижней юбке и бельевом корсете. «Мне положено сгорать со стыда. Наверное. Что же такое происходит? Почему я смущена, но мне совершенно не страшно?» — размышляла посол, облачаясь в рубашку, точнее действительно утопая в ней. Кутаясь в жестковатую одежду, Линайра обернулась к своему охраннику, незаметно принюхалась. От ткани пахло едва уловимо лесными орехами, немного воском и бумагой, как если бы одежду гладили тяжёлым утюгом через специальный пергамент. Так сильно задумалась, что вздрогнула, когда Райдриг подошёл к ней с тем, что осталось от платья — юбкой. Накинув сверху на девушку, одевая низ от платья ей через голову, помог дер Вальд аккуратно расправить ткань. Булавки нашлись на туалетном столике. Сколов потуже манжеты рубашки, поднял с пола широкий пояс и зашнуровал его поверх стыка “юбки” и “блузы”. Булавками же на сборку сколол рукава, корректируя плечи в блузе.