Уже много лет они поддерживали постоянную связь. И время сыграло на руку начальника стражи — женщины склонны быстро привязываться к мужчинам, способным приносить удовольствие. Её Величество не стала исключением. Ван Саран получил своё тёплое место и протекцию члена королевской семьи. Только вот вскоре места фаворита ему стало недостаточно.
Над морем взошла серо-голубая луна. Пора. Тарсинг отвернулся от окна в коридоре гостевого крыла и поспешил в свои покои, зная, что его там уже ждет Валирэн, привыкшая самостоятельно посещать свою игрушку, как она считала. Ван Саран никогда ничего не требовал у своей покровительницы напрямую, но именно сегодня у него созрела просьба к своей влиятельной любовнице.
Глава 8.4
Линайра проснулась с больной головой. Ощущения испытывала схожие с тем, как если бы пила какую-нибудь дрянь в самом дешёвом кабаке города. Приподнявшись на локтях в постели, она осмотрелась. Комната тонула в предрассветном сумраке. На столике у кровати лежала записка. Потянувшись за ней, девушка едва не застонала от ломоты в костях. Развернув маленький листок, досадливо скрипнула зубами.
«До прихода Райдрига никуда не выходить. Арикадо ван Тай».
«Узурпаторы, демоны их побери», — с такой мыслью южанка откинулась обратно на подушку и прикрыла глаза. В планах девушки и так не значились активные передвижения. Голова гудела. Тело ломило. Снова захотелось спать.
И всё же дер Вальд нашла в себе силы посетить ванную комнату и хотя бы частично привести себя в порядок. Девушка вернулась в спальню и тяжело опустилась на кровать. Взгляд её переместился в сторону столика, на котором так и продолжал стоять поднос с едой. Южанка закусила губу. Живот жалобно заурчал, стало больно, но Линайра мотнула головой и забралась обратно в постель, подтянув ноги, чтобы унять неприятные ощущения от голода.
«Я не могу не есть вечно, — подумала девушка, удобнее устраиваясь на мягкой подушке. — Но так страшно вновь чем-нибудь отравиться. Подожду Райдрига, — южанка закусила губу. — Как он там?»
Тарсийка зажмурилась на несколько мгновений. Накануне она знатно набедокурила. Одно то, что она приставала к своему охраннику с непристойными предложениями, уже бросало тень на её репутацию и здравомыслие. Неужели она всерьёз пошла бы на такое?
Линайра вспомнила, как провела пальцами по губам наёмника, ощутив, что они довольно мягкие и упругие. Его необычные глаза, светло-голубые, но в момент опасности меняющие цвет на глубокий синий.
Южанка нахмурилась, силясь вспомнить момент в тайном кабинете для переговоров. Возможно ли так, что удлинившиеся клыки наёмника ей померещились? Действие дурмана от цветка? Но оттенок глаз же менялся, это факт.
— Кто же ты, северянин? Человек ли ты или некто иной? — пробормотала под нос дер Вальд и повернулась на другой бок.
Перед девушкой стоял ряд задач, которые необходимо выполнить перед возвращением домой. И одной из важнейших на текущий момент являлась отправка письма домой. С вопросом про магическую почту придётся снова обращаться к своему охраннику, ведь во дворце Линайра не могла доверять никому. Но даже так, понимая всю сложность ситуации, дер Вальд снова поступила бы так же. Потому что от полученных сведений в прямом смысле зависело её будущее.
Южанка вспомнила суровое лицо отца, когда тот получил послание из Антарии. И каким ещё более угрюмым вернулся с собрания Совета Десяти Домов. Когда-то девушка думала, что состоять в Совете — честь для дома и семьи. Действительность оказалась куда хуже страшных детских сказок.
Если бы только стало возможным отыскать хоть что-то, что помогло бы ей подтвердить неприятные слухи. Даже самая маленькая зацепка могла повлиять на итоговое решение Совета.
Линайра решительно откинула одеяло и спустилась босыми ногами на пол. Определила сторону света и стала лицом на восток. Опустилась на колени, ощущая и холод камня, и тепло пушистого ковра. Южанка подняла перед собой руки, открытыми ладонями к груди.