Бриош за время полета из пересыльной тюрьмы планеты Расбор до Массавии успел тысячи раз представить и проиграть в голове свой первый разговор с зятем. Но Андрею удалось удивить матерого политикана.
– В чем подвох? – полагаясь на свой опыт и первые впечатления от Саломатина, Бриош решил построить свой разговор максимально честно и открыто.
– Подвоха нет, есть подоплека. – Андрей активировал на свои ладони видимый крохотный протуберанец, и Эрл Бриош понимающе хмыкнул:
– Портал хочешь отыскать. Как узнал о том, что он есть в Массавии? Кто подсказал или догадался?
– Сопоставил факты. Точнее, слухи о «тайном пути», ваши поиски способа закрепиться в Массавии и интерес к вам покойным директором Комитета ревнителей власти.
– Чтоб ему в аду гореть. – Бриош сдержался и, кроме этого пожелания, ничем не выдал свою клокочущую ярость.
– Так вы скажете координаты?
– Скажу. Это система Кивра. Четвертая планета от светила. Там, в горах в северном полушарии, есть отметка на уровне пяти тысяч метров. Узнаешь сразу это место – пик в форме трезубца. Там вход. В туннелях держись правой стороны. Упрешься в матовую дверь. Мы ее открыть тогда не смогли. Очевидно, требуется носитель силы. Только ты уверен, что тебе это надо?
– А вы не задумывались, почему император запрещает своим «избранным» даже просто соревноваться друг с другом. И откуда взялись отверженные.
– Я догадываюсь, «избранные» просто слетают с катушек, хлебнув через край этой вашей мощи. Перейдем на «ты»?
– Андрей. – Саломатин протянул руку этому крепкому, не сломленному невзгодами человеку.
– Эрл. – Отец Тиффани крепко пожал протянутую руку. – Видишь ли, Андрей, совет клана Воронов был очень консервативен. Даже слишком, я бы сказал. Когда двести лет назад к нам в руки попали ампулы с этой кровью и несколько переносных порталов, мы испугались последствий и самоизолировались. Как видишь, пользы нам это, в конечном счете, не принесло.
– Да уж. Поставили Империю на уши.
– А толку. Если бы не предусмотрительность Элиота да ваш союз с Тиффани. – Бриош покачал головой, а потом просто махнул рукой.
– Значит, тогда объясните все дочери. Заодно и Элиоту. Они почему-то считают, что у Империи можно просто выиграть, начав гражданскую войну.
– С этим Эриком поосторожней. Скользкий он тип. Тем более изгнанник.
– Я знаю. – Андрей пожал напоследок руку Бриошу и, развернувшись, направился к ожидающему его отверженному Эрику и катеру.
Запретив соединять себя с Физой, через тридцать минут Андрей стартовал на тяжелом охотнике к системе Кивра, прихватив с собой лишь верного Люка Кикли и двух телохранителей-арабов. Планета встретила их полной тишиной в эфире. Ни спутники-шпионы, ни выборочное сканирование поверхности следов деятельности человека не выявили.
Отыскать объект действительно оказалось легко. Беспилотный зонд углядел ориентир со второго захода. А чуть позже смог зафиксировать и место входа в туннели.
Люк Кикли получил прямой приказ Андрея остаться на звездолете и подстраховать его. С собой вниз он взял двух арабов-телохранителей и отверженного Эрика, мечтавшего попасть на «нулевой объект». Спускались вниз «исследователи» на малом десантном катере. Юркий аппарат отлично показал себя в горах, позволив приземлиться всего в десяти шагах от зияющей дыры входа в подземелье.
Арабы с удовольствием остались у катера сторожить окрестности, а Андрей с Эриком углубились в чернильную темноту рукотворного подземелья. Подсветку никто из них на своих бронескафандрах не включал. Им все было видно и так.
Первым шел Андрей, не испытывая внешне никакого беспокойства по поводу Эрика. А вот тот вел себя чуть странно. Украдкой, когда Андрей не видел, касался пальцами рукояти кинжала, закрепленного на бедре бронескафандра, и после секундной паузы отдергивал руку.
Матовая дверь возникла спустя минут двадцать блужданий по подземным переходам. И едва только Андрей выпустил жгут силы в ее направлении, как она буквально истончилась, открыв проход дальше. Андрей, даже не успев удивиться, резво шагнул дальше. Там, за дверью, туннель делал резкий поворот под сто восемьдесят градусов и начинал уводить вниз. В этот самый момент Эрик, уже выхватив свой кинжал, решился напасть со спины на Саломатина. Ускорившись, он догнал Андрея и, как ему показалось, идеально пробил кинжалом в спину, метя точно в основание черепа.
Но странным образом рука с кинжалом провалилась насквозь. «Это голографическая копия», – успел только подумать Эрик, тогда как сам Саломатин возник сбоку и в свою очередь нанес целую серию ударов в область шеи отверженного, метя своим клинком в сочленение гермошлема и бронескафандра.