— Вы меня перехваливаете, — покачал я головой. — Вы собираетесь лично вступить в бой?
— Да, — ответил он. — Раз уж сунулся на поле боя, то пойду и до самого конца.
Его появление усилит мораль на поле боя, но сам император станет целью номер один, если будет на передовой.
— Дарья, — обратился император к Эйкхирии. — Благодарю вас за то, что решили оказать нам помощь.
— Пожалуйста, ваше величество, — спокойно ответила та, принимая правила своей же игры. — Как я и сказала, я вступлю в бой, если появятся высшие.
— Этого будет достаточно, — произнёс император и посмотрел на меня. — Граф, вы не откажете мне в том, чтобы побыть на время этого боя моей левой рукой?
— Рукой быть не обещаю… — ответил я на его взгляд. — Но в сражении буду рядом.
От таких предложений обычно не отказываются. По крайней мере те, кто хочет быть приближён к императорскому Роду. Вот только мне нет никакого дела до императорского Рода, и я уж точно не собираюсь быть чьей-то левой или правой рукой.
Император некоторое время смотрел на меня, а потом просто кивнул и повернулся к обзорному окну, попытавшись заложить руки за спину, но у него не особо-то и вышло из-за того, что одна теперь обрублена.
Возможно, что он этим предложением хотел выразить благодарность за своё спасение, но мне она не нужна. Я делал это не ради него, а чтобы ситуация в стране не обострилась.
Теперь придётся быть с ним рядом, но это небольшая проблема, на фоне всех остальных. Зато не помрёт раньше времени. Сейчас, во время войны, это будет проблемой.
Мы втроём смотрели вперёд, и спустя время в отдалении на далёком горизонте показались вспышки. Они шли не по всему горизонту, а были разделены на две полосы чёрным провалом. Местом, где и был совершён прорыв.
— Озвучьте информацию по фронту, — произнёс император и повернулся к мониторам.
Мы с Эйкхирией-Дарьей тоже обернулись.
Аналитики и тактики начали давать сводки. Я смотрел на мониторы, понимая, что дела стали чуть лучше, чем были. Пришла помощь от Японской империи.
У них граница меньше, поэтому плотность сражения ниже, и благодаря этому они смогли перенаправить часть сил к нам. Свадьба хоть и была сорвана, но мы всё же закончили церемонию, а значит союз заключён на официальных условиях.
Император отдавал приказы, пока я в полуха слушал его и аналитиков. Они готовили какой-то свой план, а я свой, смотря за движением сил врага.
Когда план был практически утверждён, я решил вмешаться:
— Император. Ситуация стала чуть лучше, чем была, но нас всё ещё теснят.
— У вас есть предложение, граф? — большая часть аналитиков посмотрела на меня.
Я прошёл к интерактивной карте и указал на ней точку.
— Это самоубийство… — тихо прошептал кто-то, но я его услышал.
Император же молчал, смотря на указанное мной место. Оно находилось в самом скоплении сил врага в одной из прорванных частей.
— Если вы сейчас появитесь на поле боя где-то с краю, то конечно же подбодрите войска, но мы всё равно останемся бодаться стенка на стенку, а это потеря воинов, времени и сил. Поэтому я предлагаю атаковать в самый центр.
— Император, — встал один из, судя по всему, стратегов.
— Говори, — повелительно кивнул ему тот.
— План уважаемого графа слишком рискован… И это ещё слабо сказано. Вы окажетесь в окружении врагов. На вас могут бросить все силы, какие только есть, чтобы убить и получить преимущество в войне…
Я молча слушал его, пока он рассказывал свои доводы. Мне понятно, что они переживают за своего императора, вот только у нас тут война, а не игры. Все они предлагают одну и ту же стратегию, но с разных сторон. Просто атаковать с краю и продавить всей имеющейся мощью.
Идиоты. И император будет идиотом, если согласится с ними. Пожалуй, придётся вмешаться… Пока мы будем продавливать врага, мы создадим такой плотный напор с их стороны, что будем вынуждены долбиться в монолитную стену, так ещё и с риском, что нас в итоге зажмут.
Но главная проблема в каждом их плане — это человеческий ресурс. Чем дольше идут эти сражения, тем больше людей мы теряем. Да, они восполнимый ресурс, но это люди. У каждого из этих людей есть свои мечты, свои стремления, своя семья, те, кого они любят и кто любит их.
Я, одарённый силой, всегда шёл впереди всех, чтобы сократить человеческие жертвы, и сейчас меня тошнит от тех решений, которые они предлагают. Про таких людей обычно говорят «штабная крыса».
— Граф, — император внимательно посмотрел на меня. Впрочем, не только он. — Вам есть что сказать?