— Война — это не про слабость и не про трусость, — начал я, проходясь по взглядам всех находящихся сейчас в рубке. Практически каждый прятал взгляд вниз, не способный смотреть мне в глаза. — Война — это в первую очередь победа, — продолжил я. — И победу нам обеспечивает не император, а все те, кто сейчас находится на поле боя и проливает свою кровь, а также умирает во имя империи.
Эйкхирия стояла, сложив руки на груди, и слушала Сергея. Его голос звучал спокойно, но в то же время яростно и громко, отражаясь эхом от стен. Все присутствующие либо внимательно смотрели на него, чуть ли не заглядывая в рот парню, либо опустили свои взгляды к интерактивной карте.
— Своими словами и предложениями, вы позорите Российскую империю и подписываете смертные приговоры всем тем, кто сейчас сражается внизу. Да, мы можем атаковать врагов с краю, но к чему это приведёт? К затяжному бою. К бою, в котором будет умирать всё больше и больше людей. У нас прорыв фронта. Враги разделились на три части. Одну мы уничтожили, но две сейчас не дают возможности продохнуть нашим войскам. Если мы атакуем с краю, то нас всё равно могут зажать от второй точки прорыва. И что в этом случае делать? Отступать? И сколько раз нам так отступить? Один, два, три? А может вообще атаковать в место подальше, где нет такого скопления врагов? Так может в таком случае вообще не выходить императору на поле боя, раз вы хотите уберечь его, а не победить⁇!
В этот момент голос Сергея прозвучал яростнее всего. Эйкхирия, продолжая слушать, мельком взглянула на императора этой страны. Тот стоял, внимательно смотря на парня.
— Вы аналитики и стратеги своей империи! Вы её гордость! Вы одни из лучших! — продолжил яростно говорить парень, окидывая зал взглядом. — Так скажите мне, почему вашими голосами сейчас говорите не вы, гордые слуги и жители своей империи, а прихлебатели и трусы⁇! Почему вы думаете не о том, как победить с наименьшими потерями и быстро, а о том, как держать подальше от сражения императора⁇! Почему вы так не верите в силу своего лидера и силу тех, кого лично отбирал император⁇!
Эйкхирия, смотря на Сергея, нервно усмехнулась, чувствуя, что и сама уже готова броситься в бой. Харизма парня в который раз тронула девушку. Никто в зале больше не прятал взгляда. Все смотрели на графа, слушая каждое его слово.
Девушка понимала, что Сергей только что наговорил себе на проблемы, но в то же время понимала, что у него у единственного здесь есть яйца. Он не боится ни гнева этого императора, ни последствий своих слов. Сергей… Просто знает, что должен делать. Как и тогда, на Ультиме.
— Может пришло время показать нашим врагам, что они должны бояться вас, а не ждать очевидных ходов⁇! Показать тем, кто сейчас сражается на передовой, что вы хоть и далеко в небе, но сердцами с ними! Представьте, что каждый из вас сейчас внизу, рядом с товарищем! Станете вы отступать и трусить, или подставите плечо и щит, чтобы защитить ближнего⁇! Готовы ли вы предать их ожидания, зная, что все они ждут от вас решений, которые приблизят нас к победе, или вы всё же перестанете жевать сопли и оправдываться, и наконец направите меч императора на врагов⁇! Император — это не только правитель и сердце страны, но и её сильнейшее оружие, что он уже и доказал в сражении ранее! Так и используйте его так, чтобы враги пали на колени, перед мощью нашей империи!
Зал взорвался яростными криками. Люди кричали так громко, что Эйкхирия не сразу поняла, как сама вскинула вверх кулак.
Заметив это, девушка опустила руку и посмотрела на императора. Тот стоял, внимательно смотря на парня.
Сергей только что не оставил ни императору, ни всем тем, кто здесь, ни шанса на другой план. Парень намеренно это сделал и это заставило девушку задуматься о том, насколько он заботится о людях, что готов идти против власти. А ведь это даже не его люди…
Но сейчас в любом случае последнее слово за императором.
Крики стихли и император вдруг поднял вверх руку, хлопая себя по плечу. Так как у него нет второй руки, он решил выкрутиться именно так.
Я стоял и смотрел на императора, когда он вдруг начал хлопать, внимательно смотря на меня.
За такие речи, про использование императора вполне можно и в немилость впасть, но я чётко обозначил границу между использованием и тем, что император — это сердце страны во всех смыслах.
Конечно же император сам принимает решение, как и любой граф, а аналитики и стратеги предлагают лишь варианты решения проблем, но это специально обученные для этого люди, и довольно часто именно от их решения зависят судьбы людей.