Притворяется белой и невинной овечкой… Даже ранг спрятала.
Ничего не говоря, я махнул целой рукой. К камерам скользнули молнии, а вокруг появились печати, что рванули к японке. Та вдруг вскинула голову и я увидел её взгляд, в котором были оранжевые печати стигматы.
Мои печати замерли, борясь с её энергией, но я слегка надавил и девушка вскрикнула, когда мои печати прошли сквозь неё. Она нерешительно оглядела свои руки, явно не понимая, почему невредима.
— Я хочу поговорить с Клариссой, — произнёс я. — Заканчивай свои игры. Я многое знаю о вашем ордене, так что меня своей фальшью ты не обманешь. И даже не пытайся, — махнул рукой, разбивая её печати, ползущие по стенам.
Вокруг японки закрутилась энергия, её вуаль приподнялась, вновь обнажая глаза. В них была ярость. Мгновение и девушка оказалась передо мной, нанося удар маленьким чёрным кинжальчиком.
Я ударил тыльной стороной ладони по её кисти, выбивая оружие, и сразу хватая её за голову. Хватило небольшой манипуляции, чтобы она, мотая из стороны в сторону головой, начала отступать.
— К-кто вы… — наконец спросила уже не нападающая хранительница.
— Тебе не стоит этого знать, — ответил я. — Но поверь, твои магистры захотят со мной пообщаться.
Это ещё молодая хранительница. Совсем толком ничего не знает. Видимо не так давно была принята в орден.
Девушка молчала. Похоже, что думает, как поступить. Через пару секунд она неуверенно произнесла:
— Если вы откроете свою личность — я могу попробовать вам помочь. У всех хранительниц приказ не принимать ничьи запросы, кто не является хотя бы адептом или другом ордена.
— Задай вопрос Клариссе и сама всё поймёшь, — спокойно ответил я.
Японка покачала головой и едва заметно улыбнулась.
— Я не знаю, кто вы, но вот так просто говорить мне, что-то сказать великой… Простите за дерзость, но думается мне, что вы смерти моей хотите.
— Не ври, — отмахнулся я. — Кларисса не убивает без надобности. Если… Она за четыреста лет конечно не изменилась.
— И даже так, — вновь покачала девушка головой. — Я не смогу связаться с орденом самостоятельно. К тому же точно не выйдет сделать это быстро…
Китайская империя. Дворец.
Азалья стояла перед ступенями, уходящими высоко вверх. Сверху на неё смотрел довольно молодой мужчина, одетый в жёлтые одежды с золотыми вышивками. Он спокойно смотрел на девушку, пока та ждала, когда же ей вынесут приговор.
Вот только император Китайской империи молчал.
Азалья не боялась человека перед ней. В конце концов на фоне её прошлого ранга он лишь пыль, но не могла себе позволить вольность в присутствии императора, иначе потом ей начнёт пилить мозги одна женская особь, которую она уважает.
Через несколько секунд послышались быстрые шаги двух пар ног. Азалья стояла молча и не поворачивалась. Двое подошедших, женщина, для своих лет выглядящая очень молодо с длинными чёрными волосами, и мужчина Китаец, остановились позади Азальи.
— Раз все здесь, начнём, — заговорил император. — Азалья, всё это время ты демонстрировала свою силу и навыки, но в бою с этим мальчишкой почему-то дрогнула, не решаясь вступить в бой. Почему? Ты его знаешь?
Девушка молчала, спокойно смотря перед собой.
Не решилась вступить в бой? Да, пожалуй, в какой-то момент дрогнула, но он заблуждается, если считает, что она могла бы победить в том бою. По крайней мере в открытом противостоянии.
Вайторл предстал перед ней тем, кого и описывали предки: могущественным практиком. Именно так. И теперь она убедилась, что он не рядовой член своего Рода, а кто-то из верхушки. Возможно, что даже из главной ветви… Они всё же выжили.
Сорок печатей… И это только один конструкт. Шутка ли, но этот парень превосходит любого высшего на Земле если не в десятки раз, то точно в несколько. Да что там на Земле… Даже в космическом пространстве вряд ли найдётся кто-то из тех, кто равен ему по рангу, кто сможет с ним тягаться в силе.
— Император, — обратилась к мужчине Азалья. — Этот парень — чрезвычайно силён. Если вы думаете, что я как-то смалодушничала, то вы заблуждаетесь. Даже втроём мы не могли ему ничего противопоставить. Кроме того… Один из наших сбежал, но вы его пощадили…
— Азалья, — раздался позади предупреждающий женский голос.
Девушка усмехнулась, но не стала спорить.
— Да, я его знаю. Пересекались… Раньше. Но теперь, когда мы встретились на поле боя — вряд ли удастся поговорить с ним дружески…