Дверь мне открыл дворецкий. Немолодой мужчина поклонился и отошёл в сторону, впуская меня.
Разувшись на входе, надел белые мягкие тапки и пошёл по коридору вслед за дворецким. Он вёл меня прямо на второй этаж, к кабинету Владимира Сергеевича. Открыв передо мной дверь, дворецкий вновь отошёл в сторону.
Я вошёл внутрь, смотря на отца Яны. Он сидел в рубашке и был чем-то занят, но, увидев меня, поднялся, выходя из-за стола.
Мы одновременно протянули руки для рукопожатия.
— Рад, что вы нашли время, чтобы зайти ко мне, — произнёс мужчина. — Прошу, — он указал на кресло, — присаживайтесь.
Я занял предложенное место, ожидая, пока и отец Яны займёт своё. Наконец он сделал это и, сцепив руки в замок перед собой, о чём-то задумался.
Я не мешал ему, хоть это и некультурно. Между нашими двумя Родами рамки давно начали стираться. Мы понимали друг друга, вот и сейчас я не стал мешать пока он думал.
Наконец Владимир Сергеевич посмотрел на меня и спросил:
— Мы можем общаться неофициально?
Этот вопрос меня удивил. Ведь он означает, что разговор будет не самым простым.
— Конечно, — спокойно ответил я.
— Сергей, за помощь, оказанную на передовой, вы мне ничего не должны. Это была ситуация на границе и я не мог действовать иначе, а также вы и так уже отплатили за службу моих людей. За что спасибо.
На это я ничего не ответил, ожидая, когда же мужчина перейдёт к основному этапу этого разговора. И он не заставил себя ждать. Впрочем, начав совсем не с того, о чём я подумал.
— Сергей. Я понимаю, что вы хотите помочь своим родственникам, но знаете ли вы, что это повлечёт за собой?
Владимир Сергеевич внимательно смотрел на меня.
— Что вы имеете в виду? — спросил я, также внимательно смотря на него.
Хоть он и спросил по поводу менее официального общения, но всё же это отец моей будущей жены, и я не могу не относиться к нему неуважительно. Родственники будущие, как никак.
— Вы умный парень. Глупый бы не поднялся так высоко, — продолжил мужчина. — Поначалу даже я думал, что вам помогают родственники, раз вы так быстро растёте. Но узнав ситуацию поближе, убедился, что всё это лишь благодаря вашему таланту. Сергей, вы же понимаете, что ситуация с вашими родственниками не так проста, как может показаться на первый взгляд?
Я решил не играть в эти догадки и прямо спросил:
— Вы имеете в виду то, что за нападениями на них могут стоять другие графства?
Он изумился, но быстро взял себя в руки, едва заметно кивнув серьёзно головой.
— Так всё же знаете.
— Догадываюсь, — ответил я.
— Тут уже не догадки, — покачал головой Владимир Сергеевич. — Это очевидно, если влезть в это дело достаточно глубоко. Ситуация с Вяземскими… — он задумался, — сложная. Это крайне непростой Род с крайне непростой историей, уходящей даже глубже, чем история Рода Дубровских.
— Вы про конфликт императорского Рода и Вяземских? — снова спросил я прямо.
Вот тут отец Яны удивился уже сильнее.
— Так вы и об этом знаете?
— Смотря о чём вы говорите, — пожал я плечами.
Есть вещи, которые лучше не произносить вслух. И тут даже вопрос не в трусости или сомнениях, а вопрос этикета. Если ты готов поднять какой-то вопрос, это совсем не означает, что на это готов и твой оппонент.
Владимир Сергеевич вновь пару секунд помолчал.
— История — сложная штука, — начал он. — В ней никогда не бывает одной точки зрения и не бывает одной точки опоры. Как правильно говорится — историю пишут победители. Кто всё же победил в ситуации с Вяземскими и императорским Родом — мне, может к сожалению, а может к счастью, неизвестно. Так что то, что случилось с этими двумя Родами по настоящему — остаётся за кулисами.
Я кивнул, понимая, что он не хочет обсуждать этот вопрос. Вообще, я, кажется, уже понимаю, к чему клонит мужчина. Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сложить два плюс два. Заботливого родителя и ситуацию вокруг меня и девушки. Но всё же пока послушаю.
— Владимир Сергеевич, — произнёс я. — Я готов слушать вас, так что можете говорить прямо, без каких либо увиливаний.
Он внимательно посмотрел на меня, а после тоже кивнул.
— Сергей. Вы правы. На Вяземских много кто точит зуб. И связано это не только с их богатыми землями, но и с их прошлым, а также с будущим. И это будущее уже «поделено» между «игроками». Если вмешиваться в это дело в открытую — можно стать непрошенной фигурой и обратить на себя лишнее внимание.
— Намекаете на то, что другие графства могут обратить внимание и на меня? — спросил я. — А после выбрать следующей целью?