— Ну а кому, как не брату мне это доверить? — пожал я плечами. — Да и рука у тебя уже набита…
— А как же неизведанные космические дали? — с надеждой во взгляде спросил Гриша.
— Всё потом Гриша, всё потом. Сперва империя, а затем космические дали.
Александр засмеялся, слушая нас.
Мы тоже улыбнулись. Конечно же я не собираюсь запрягать Гришу. Это так, лишь шутки ради.
— Ладно, — Александр протянул руку, — я пойду. Хочу успеть на дирижабль и отправиться поскорее домой. Сам лично обрадую всех.
Мы обменялись рукопожатиями и парень поспешил за ворота.
— Спасибо, — произнёс Гриша. — За то, что решил не бросать их.
На это я лишь пожал плечами, отвечая:
— Мы будем там, где нужна наша правда и сила, Гриша. А теперь пошли. К императору потом загляну. У меня есть дела поважнее.
Пол часа спустя. Кабинет императора Российской империи:
Император сидел в кресле и смотрел перед собой. Усталый взгляд мужчины, который не спал почти двое суток, ничего не выражал. Но затем он прикрыл глаза, а когда открыл их, во взгляде у него была уверенность. Опустив взгляд вниз, император осматривал карту, где были отмечены их войска и разные сводки по ситуации на передовой.
В этот момент послышался стук.
— Войдите, — произнёс мужчина.
Дверь отворилась и вошёл Владимир Дубровский.
— Владимир, — император указал мужчине на место напротив.
— Простите, что беспокою вас после собрания, — Владимир Дубровский занял предложенное место.
— Не говори ерунды, — отмахнулся император. — Ты прости за эту ситуацию с твоей дочерью. Я не думал, что она решит покинуть Род. Надеялся, что хватит просто разрыва помолвки. Но я так понимаю, ты не для этого пришёл со мной поговорить?
Глава 14
Собрались как-то двое интриганов молодых обсуждать…
— Признаться, — Владимир Дубровский посмотрел на императора, — я не ожидал, что принц сделает такой шаг. Это было ваше решение?
— Не совсем так, — император поднялся, идя к мини-бару, — я не принуждал Леонида к разрыву помолвки, — выбрав бутыль, мужчина посмотрел на гостя и тот кивнул. — Он сам принял это решение, — разлив напиток ярко жёлтого цвета по небольшим стаканам, куда заранее положил лёд, император сперва отнёс напиток графу, а затем вернувшись за своим, взял его и сел на своё место.
Мужчины подняли вверх стаканы, отсалютовали друг другу и пригубили. Никто из них даже не поморщился, несмотря на крепость напитка. После такого долгого собрания оба были хоть и не полностью вымотаны, но мозги изрядно подустали, поэтому алкоголь не воспринимался, как что-то жгучее, а скорее как обычная вода.
— Как тебе план Сергея? — вдруг спросил император.
Владимир Дубровский, поставив стакан, усмехнулся.
— Парень не просто талантлив, а гений среди гениев. Вот только мне показалось, что он психанул под конец, выдавая этот план. Иначе я не могу понять, как Сергей так легко разбил все наши предыдущие доводы. И ведь картина кардинально поменялась.
Император тоже усмехнулся, спрашивая:
— Ты заметил, что на собрании самые дельные советы были от молодых? Похоже, что нам, старикам, давно пора уступить место молодым и амбициозным.
— Вы правы, — задумчиво кивнул Дубровский. — Принцессы, принц Леонид, даже принц Егор высказался, что удивительно, учитывая то, как юный принц отдалился от трона. Ещё и новая графиня добавила отличные вводные. Мы, старики, только и могли, что спорить и приводить доводы, пока они молчали, но когда дело доходило до них, били крайне метко. Пожалуй, молодое поколение у нас и вправду очень талантливое.
— Осталось только любой ценой сохранить это молодое поколение, — император откинулся в кресле, задумчивым взглядом смотря на карту. — Они — будущее империи, и за ними её рассвет, а мы не должны дать настать закату. Если нужно, костьми ляжем.
— Вы правы, — Дубровский взял стакан и отпил напиток, наконец едва заметно поморщившись и удивившись. — Вы достали «его»? — мужчина с удивлением посмотрел на стакан.
— А ты сразу не понял? — усмехнулся император, смотря всё так же с ухмылкой.
— Это же мы его ещё в кадетской академии варили…? — Владимир Дубровский посмотрел на напиток через свет от люстры, на пузырящиеся внутри едва заметные пузырьки. — Давно это было… И небо тогда казалось голубее, и трава зеленее…