— С верой в мир!
Следом по рядам прокатился тот же жест. И в этот момент на короткий миг каждому из них почудилось, что их глава где-то совсем рядом. Словно стоит лишь поверить, и он появится. И каждый из бойцов, чувствуя тепло в сердце — верил.
После этого стойки изменились. Щиты чуть сместились. Колени слегка согнулись. Теперь они готовились уже не просто держать удар. Они собирались сорваться вперёд в нужный момент, связать противника боем и не дать ему пройти дальше. Стоило пропустить врага — и тот нагнал бы основной отряд.
И именно в этот миг среди рядом показалась небольшая фигура. Хрупкая, тёмноволосая.
Бледное лицо, плотно сжатые губы и взгляд, в котором дрожало что-то опасное, почти безумное. Взгляд, в котором не осталось сомнений.
Немного ранее:
Катя всё так же стояла, глядя вниз, на землю. Изрытую, чёрную, всю в ранах. И почему-то в этот момент ей вдруг вспомнилась она сама — лежащая на мокрой поляне перед замком, под холодным дождём, в тот день, когда пыталась переломить собственный страх.
Картина тут же сменилась.
Вот она уже стоит на камне у китайского города и видит, как небо разрывают твари. Вокруг тьма. Орды чудовищ, нет даже проблеска света. И рядом умирают люди Рода.
Следом пришёл другой образ — счастливая жена Горленко с младенцем на руках. Рядом Лена Мстиславская, тоже с ребёнком. А возле них Аня — весёлая, светлая, но немного испуганная тем, что ей самой ещё только предстоит пройти через это.
Затем картинка снова сменилась.
Разрушенный город. Чёрное небо. Сотни смертей.
И снова.
Мокрая трава. Она на земле.
И снова.
Замок. Члены рода. Лица. Кровь. Дождь. Крики.
И снова…
И снова…
И снова…
Картинки сменяли одна другую с такой скоростью, что Катя в какой-то момент перестала различать, где память, а где страх. Девушка тяжело и хрипло дышала, а в голове остались только две мысли:
Бежать? Сражаться? Бежать? Сражаться? Бежать? Сражаться? Бежать…?
Они проносились с таким бешеным ритмом, что Катя в какой-то момент не выдержала. Схватилась за голову, вскинула лицо вверх и закричала.
Яростно, неистово, выплёскивая всё, что накопилось.
Крик девушки прокатился над полем боя, заставив тех, кто стоял рядом, на миг замереть.
Люди вокруг уставились на неё с испугом.
Но только до тех пор, пока этот крик не начал стихать.
Когда воздух в лёгких закончился и в голове от нехватки дыхания остался лишь тупой звон, Катя медленно опустила голову с пустым взглядом. На бойцов, готовых разменять свои жизни, чтобы жили другие.
И в какой-то момент ей вдруг почудилось, что над ними колышется тонкая жёлтая дымка…
Такая же, какую она когда-то видела над Сергеем.
Что это было — она не знала. Да и думать об этом сейчас не стала. Просто снова посмотрела вокруг, на поле боя, но уже не потерянным взглядом. Вокруг для неё всё тонуло в чёрном — слева, справа, сверху. И только далеко впереди, за спинами врагов, мерцал белый свет…
— Госпожа… — произнёс один из молодых бойцов, протягивая к ней руку.
Катя резко отбила её в сторону.
Парень замер, ошарашенно глядя на неё, а она всё также смотрела вперёд. И в этот миг в памяти всплыли слова.
Надежда есть всегда. Нужно лишь правильно смотреть. Не бывает безвыходных ситуаций. Они безвыходны только для тех, кто заранее сдался.
Катя опустила взгляд вниз. Снова на свои руки. Теперь они не дрожали.
Потом её взгляд скользнул ниже, к земле, и ей вдруг показалось, что там, на мокрой траве, лежит она прежняя — та, сломанная, потерянная, смотрящая вверх из лужи под дождём. Та Катя молча встретилась с ней глазами, какое-то время смотрела, а затем едва заметно кивнула и прошептала:
Пора.
Девушка прикрыла глаза.
На этот раз в голове всплывали только моменты, где были она, Род и все остальные.
И одна-единственная мысль.
Сражаться!
Через секунду раздался её глаза открылись и раздался сухой голос:
— За мной.
Катя шла вперёд, расталкивая бойцов плечом. Бледное лицо. Плотно сжатые губы. И взгляд, от которого уже никто не решался задать ни одного вопроса.
Люди расступались перед ней молча. Удивление читалось на лицах, но никто не проронил ни слова. Рядом с Катей шли трое парней и ещё одна девушка. Они двигались быстро, решительно, не давая никому опомниться.
Пробившись через строй, группа вышла вперёд.
Первыми шагнули Славка и Гриша. Оба резко повели руками вниз, и в их ладонях вспыхнули молнии. У одного сформировался меч, у другого — копьё.