Где-то в груди кольнула тоска. От того, что я снова рядом лишь на мгновения… От того, что снова вынужден уходить. От того, что могу лишь увидеть и исчезнуть.
Но я тут же задавил это чувство. Не время.
Аня чуть заметно кивнула, будто тоже всё поняла без слов, и тихо произнесла:
— Теперь тебе точно пора идти.
Я в ответ тоже кивнул.
Времени действительно оставалось всё меньше. Моё присутствие на Земле ограничено, а впереди ещё путь до фронта. И я должен успеть.
Глава 8
Проблемы только начинаются…
Штаб командования на участке, где сражается Род Вяземских:
В одном из штабов командования Российской империи ни на миг не стихали приказы, отчёты и короткие, рубленые команды. Воздух здесь был тяжёлым от напряжения и усталости людей, которые уже давно забыли, что такое нормальный отдых. По стенам тянулись экраны с картами фронта, а где-то на заднем плане беспрерывно звучали голоса связистов.
— Мне нужен отчёт с третьего по шестой сектор! — резко произнёс высокий мужчина с усами, стоящий за главным столом. Он опирался ладонями о край и быстро переводил взгляд с одного экрана на другой. — Отход, потери и насколько глубоко прошли враги!
Молодой парень у одного из терминалов тут же начал быстро докладывать, едва поспевая за обновляющимися данными:
— Граница сдерживания прорвана по четвёртому и шестому сектору! Враг уже входит внутрь, сметая наши отряды. Потери около двадцати процентов… Цифра продолжает расти!
— Направьте туда резервные отряды! — прорычал мужчина и сразу же добавил: — Что с пятым сектором⁈ Насколько глубоко они отошли⁇! Почему по ним до сих пор нет ответа⁇!
Докладчик на миг замер. По его лицу скользнула тень растерянности. Он сглотнул, быстро провёл пальцами по панели управления и глухо произнёс:
— Командующий… Вам лучше увидеть это самому.
В следующее мгновение на одном из самых больших экранов вспыхнуло разделённое изображение.
Сверху шла картинка с дирижабля наблюдения. С высоты было видно, как далеко впереди, у самой линии вражеского продвижения, кипит сражение.
Множество техник сливались в серию вспышек и атак, превращаясь ярко раскрашенное полотно моря битвы.
Ниже была карта с красными и синими точками: синие обозначали их отряды, красные — вражеские.
И сейчас редкие синие огоньки двигались прямо внутри огромного моря красных, буквально теряясь в них.
На несколько секунд в штабе воцарилась тишина.
Не полная — где-то всё ещё щёлкали панели, мерцали экраны, кто-то на заднем плане продолжал принимать шифровки. Но всё главное замерло. Каждый так или иначе бросил взгляд на этот экран.
— Безумцы… — едва слышно произнёс кто-то из офицеров.
То, что происходило там, не укладывалось ни в одну нормальную схему войны. Разорванный строй. Малые группы. Не фронтовое давление, а череда сражений, где каждый боец оказывался против нескольких врагов сразу. Не один на один — один против десятка. Слишком редкие синие огни, слишком плотные красные массы вокруг них.
Главнокомандующий медленно вжал пальцы в край стола так сильно, что костяшки побелели.
— Кто приказал им наступать⁇! — прорычал он, не отрывая взгляда от экрана.
Парень, дававший отчёты, побледнел ещё сильнее и почти сразу произнёс:
— Никто. У всех был один приказ — отступление.
В штабе снова стало тесно от гнева, который почти можно было почувствовать кожей.
— Идиоты… — тихо, с яростью произнёс главнокомандующий. — Они подписали смертный приговор не только себе, но и нам! Когда их сметут, фронт на этом участке будет полностью оголён! И тогда врага уже ничто не удержит!
Один из офицеров, стоявших ближе к центру, повернулся к нему и произнёс:
— Каков приказ, главнокомандующий?
Мужчина не ответил сразу.
Штаб вновь пришёл в движение. Люди продолжали работать, передавать команды, сверять потери, ловить обрывки связи с соседними секторами. А он стоял, глядя на экран и пытаясь понять, что именно произошло и как к этому пришло.
Род Вяземских до этого момента проявил себя не просто как крепкие бойцы. Они показали себя как элитная гвардия молодого, но крайне сильного Рода. Те, кто держал фронт дольше остальных. Те, кто не отступал раньше времени. Те, кто прикрывал чужой отход и уходил самыми последними, принимая на себя основной удар.
Во многом именно благодаря им линия и держалась так уверенно. И теперь этот же Род, образцовый и сильный, вдруг сам пошёл в самоубийственную атаку.
Это было не просто странно. Это было дико.