Во взгляде парня появился лёд и его слова, произнесённые спокойно, но наполненные силой, звучали как тяжёлый приговор, который парень готов исполнить::
— Если вы решите вновь напасть, я уничтожу вашу столицу и сотру память о вас. Сделаю так, что вы растворитесь среди других народов. Никто больше не услышит о Китайской империи. Вы станете даже не легендой и не историей. Вы станете былью, — граф едва заметно шевельнул рукой, снимая давление, добавляя бесстрастно: — Прочь.
Давление исчезло. И как только это произошло, поле боя взорвалось движением.
Люди вскочили. Предвысшие, мастера, обычные бойцы — все побежали.
Побежали так, как бегут те, кто впервые по-настоящему увидел перед собой не человека, а нечто, с чем не в силах спорить и совладать. Командующий видел ужас на их лицах… Видел, как они даже не пытаются сохранять строй. Только рвутся прочь, стараясь спастись.
Кажется, этот урок китайская империя запомнит надолго…
Когда дирижабль сел, командующий, не тратя ни секунды, поспешил вниз.
Поле боя уже менялось. Люди поднимались, приходили в себя, кто-то кричал, кто-то отдавал новые указания. А молодой граф стоял посреди всего этого неподвижно, явно погружённый в свои мысли.
Мужчина подошёл быстро, остановился рядом и уважительно склонил голову.
— Граф Вяземский, благодарю за вашу помощь.
Парень лишь мельком посмотрел на него. Его лицо оставалось бесстрастным.
Командующий выпрямился и произнёс:
— С учётом вашего возвращения и того, что вражеские войска бегут, я предлагаю начать наступление. Мы можем захватить огромные территории и продавить их дальше. Это наш шанс побе…
— Нет.
Всего одно слово, но от него у мужчины внутри будто всё покрылось льдом. Он замер на пару секунд, потом, незаметно сглотнув, всё же заставил себя заговорить:
— Почему нет⁇! Это же такая возможность! Если мы не ударим сейчас, вражеские войска оправятся!
Только после этих слов граф повернулся к нему полностью и спросил:
— Ты не слышал мой приказ?
Командующий застыл, чувствуя, что не может пошевелиться. Но в следующий миг его взгляд метнулся за спину графу и чуть ввысь. Высоко в воздухе вспыхнула гигантская печать императорского Рода Романовых. Та, которую в империи знал каждый, подтверждающую право молодого графа командовать и отдавать беспрекословные приказа от лица империи.
Мужчина мгновенно опустился на одно колено и склонил голову. За ним то же самое сделали остальные. Весь ближайший фронт вставал на колено.
Такие печати не подделываются и не копируются. Они лишь передаются и наследуются. Не удивительно, что она есть у молодого графа. Видимо он уже виделся с императрицей.
Командующий на выдохе, с благоговением и полным подчинением в голосе произнёс:
— Как прикажете.
Граф едва заметно вскинул бровь, словно сам не ожидал именно такой реакции, мельком покосился назад на печать, а затем произнёс уже сухо и по делу:
— Мы не можем продолжать атаку. По крайней мере в этом месте. Если нарушим ещё сильнее баланс энергии в этом месте — я уже не смогу остановить разломы. Перегруппируйтесь и укрепите оборону. Создайте новые плацдармы, закройте все оставшиеся разломы и отправьте войска на помощь другим секторам. А я сделаю так, чтобы враги какое-то время больше не сунулись в империю.
Аяна, Славка, Гриша, Тина, Катя, Анатолий и весь Род всё ещё пребывал в потрясении, когда увидел, как китайские войска в одно мгновение оказались на земле, склонив колени.
— Вот это мощь… — тихо произнёс Гриша, глядя на брата с восхищением.
А через секунд тридцать китайцы уже бежали прочь, не оглядываясь. Но взгляды членов Рода были прикованы не к ним. Только к своему графу.
Командующий подошёл к нему, они обменялись несколькими фразами, а затем Сергей исчез, почти сразу появившись перед удивлённой Аяной.
Парень протянул руку, улыбнулся удивлённой девушке мягко, коротко, так, словно позволил себе хоть на миг расслабиться, и коснулся головы, проводя по волосам, а затем снова исчез, растворившись в небе.
Славка и Гриша переглянулись без единого слова. Пару секунд, и они рванули следом, так как от угрозы в лице китайской армии не осталось никого.
Оба неслись по щитам так быстро, как только могли, превращаясь в молнии. Но всё равно опоздали. Далеко впереди, гораздо дальше их фронта, вдруг грянул мощный взрыв.