— Это ничего не меняет, — ответила Ольга. — Он мог дождаться.
— То есть ты винишь только его? — спросила Кларисса. — Тогда почему до сих пор рядом с ним?
На это Ольга сразу не ответила. Только отвернулась от экрана и замолчала.
— Вот видишь, — усмехнулась Кларисса. — Значит, винишь не только его. Но и себя. Ты прекрасно понимаешь, что тоже ошиблась. Иначе не рвалась бы сейчас с ним дальше. Не стояла бы рядом. Не спорила бы так яростно.
Ольга покосилась в сторону, но промолчала.
— Значит, злость у тебя не только из-за той истории, — продолжила Кларисса уже тише. — Было что-то ещё. Что-то, что сильно тебя зацепило. Расскажешь?
Ольга горько усмехнулась. Потом, после небольшой паузы, всё же начала рассказывать.
Кларисса выслушала внимательно, не перебивая. Когда Ольга закончила, она медленно покачала головой.
— Вот оно как, — произнесла она. — Значит, задело тебя и смутило именно то, что он взял в руки артефакт?
— Это не просто артефакт! — сразу резко произнесла Ольга. — Копья Валькирии — это честь девы! Наша гордость, наша вера, священная клятва! Мужчина не имеет права к нему даже прикасаться, не то что использовать!
На этот раз Кларисса не стала её поддевать. Она сразу поняла, что для Ольги эта тема слишком серьёзна и уходит куда глубже обычной обиды.
— И ты, конечно же, сразу обвинила во всём Шеля? — спокойно спросила она, медленно прохаживаясь по залу.
Ольга на секунду впала в ступор.
— Ты разве меня не слышала? — спросила девушка с возмущением. — Представь, если бы он тебе стёр память! Как бы ты себя чувствовала? А если бы это случилось не один раз, не два, а десять?
Её лицо стало мрачнее.
— Я даже боюсь думать, что такая сила может натворить в руках того, кто не умеет ей правильно пользоваться!
Кларисса усмехнулась, останавливаясь и поворачиваясь к ней.
— Ты запуталась, девочка. В чувствах. В понимании. И, главное, в собственных ожиданиях. Ты пытаешься гнаться за ним, но не можешь догнать. Так же, как и многие до тебя.
Она говорила спокойно, но в голосе звучала твёрдая уверенность.
— Шель далеко не так прост, как ты себе представляла. Думаешь, до Ничто вокруг него было мало красавиц и сильных женщин? Тех, кто хотел бы, чтобы он посмотрел именно на них? Ты ошибаешься. Их было очень много. Но никто так и не сумел его догнать. Все падали от усталости, пока пытались угнаться за этим монстром. Так что если хочешь быть рядом с ним — придётся очень сильно постараться.
Она немного помолчала, затем продолжила:
— А что до копья и его «чести»… Если артефакт и правда такого уровня, и если у него есть собственное сознание, он бы сопротивлялся изо всех сил и никому не позволил бы взять себя в руки. Но если копьё это допустило, значит, оно просто почувствовало в Шеле что-то знакомое. Родное.
Кларисса задумчиво прищурилась.
— Судя по твоим словам, тогда он ещё был довольно слаб. Да, он вполне мог бы подчинить копьё волей. Но я сомневаюсь, что стал бы это делать именно так. Скорее всего, артефакт сам ему доверился.
Ольга уже не выглядела такой уверенной, как в начале разговора.
Кларисса заметила это и продолжила мягче:
— А теперь про стёртую память. Вспомни, как ты тогда сама отреагировала. Я знаю Шеля достаточно долго и уверена: он не стал бы вредить тому, кто ему близок. Пусть выглядит ледяной глыбой, но внутри у него тепло. Уж поверь, я это знаю.
— Я не… — начала Ольга, но запнулась, вспоминая прошлое.
Кларисса уловила эту заминку и кивнула.
— Вот именно. Значит, проблема была не только в нём.
Ольга в это время сама прокручивала в голове тот день. Свою реакцию. Собственную ярость. То, как само понимание того, что мужчина прикоснулся к святому святынь Валькирий, выбило её из равновесия сильнее, чем всё остальное… Как это чувство чуть ли не заставило её убивать…
— Знаешь, — вздохнула Кларисса, — мы с Шелем на вашем фоне, как взрослые родители, которые вынуждены врать детям, чтобы те не знали, насколько всё на самом деле плохо…
Ольга нахмурилась и внимательно посмотрела на неё.
Потом, сложив в голове какие-то куски в единое целое, спросила:
— Ты тоже от него что-то скрыла?
Кларисса горько усмехнулась и кивнула.
— Да. Точнее… Не скрыла полностью. Просто не договорила ему всей правды в той истории, что рассказывала раньше. И не расскажу, пока он не достигнет своей конечной цели.
Она подбирала слова тяжело, неохотно.
— Сейчас ему об этом знать нельзя… Иначе он, возможно, сорвётся в империю. А это для него обернётся очень плохо… Правда… Подождёт.