Её взгляд едва заметно подрагивал. Не от страха, а от перегруза. От того, что человек увидел слишком много боли и за слишком короткий срок и теперь просто не знает, как это уложить в себе.
— Столько миров… — почти шёпотом произнесла она. — Столько обездоленных. Как они вообще так живут?
Она выдохнула это не просто с жалостью. С настоящим внутренним непониманием. И я прекрасно её понимал.
Я перевёл взгляд вперёд.
С того момента, как мы двинулись дальше, прошло семь дней. За эти семь дней мы успели побывать на пяти мирах. И только один из них оказался более-менее благоустроенным. Остальные…
Голод. Тела на улицах. Запах дешёвого дыма, ржавчины и других не самых приятных запахов в тёмных переулках. Гниющие отбросы у стен. Люди с пустыми, потухшими глазами. Убийцы, что стояли в тени домов и смотрели на тебя так, словно оценивали, можно ли оторвать тебе голову без последствий. Женщины, предлагавшие себя прямо на улице, и не только женщины. Дети, худые до болезненной прозрачности, которые либо просили, либо уже молча ждали, что кто-то более сильный их просто отпихнёт в сторону.
Не думаю, что кто-то из моей команды хоть раз в жизни видел столько кошмара и грязи за такой короткий срок.
Я предлагал им остаться на корабле. Никто не согласился.
Все хотели увидеть своими глазами, что именно творится в этом секторе. Не думаю, что увиденное сделало их счастливее. Но оно точно дало им понимание. Жёсткое, неприятное, но нужное.
Яна рядом со мной едва заметно вздрогнула. Видимо, снова вспомнила одну из увиденных сцен.
— Почему они вынуждены так жить? — спросила она ещё тише.
— Потому что у многих не осталось иного выхода, — ответил я. — А часть сознательно выбрала такую жизнь, или в последствии всё пришло именно к этому. Сейчас мы идём через самый грязный сектор пиратского сборища. Ты уже видела внешний круг. Там показывают красивую сторону этой жизни.
Я провёл рукой по её плечу, чуть успокаивая.
— Дальше идут миры, которые расплачиваются за эту чужую красоту. У них отбирают всё и почти ничего не дают взамен. По сути, они рабы системы. Над ними сидят верхушки пиратов, а под ними — люди, которым некуда деваться. Потом, за этим кольцом, опять начнётся другой уровень жизни. Средние миры. Там живут те, кто чего-то добился и может предложить услуги, ремесло, оружие, перевозки, лечение, информацию, артефакты. А уже дальше, совсем в глубине — главные пиратские миры. Богатые, роскошные, почти неприкосновенные. Места, где живёт элита.
Яна чуть поджала губы.
— Прости, что нагружаю тебя этим, — вновь тихо произнесла она. — Тебе из всех нас тяжелее всего.
— Ничего, — улыбнулся я, прижимая её к себе чуть крепче. Потом поцеловал в висок. — Справимся.
Но, даже произнеся это, я всё же неволей вспомнил образы, которые не видели они, но видел я.
Этераксийки и обычные женщины. Те, кто уже сломался. Или почти сломался. Те, в чьих глазах не было даже просьбы о помощи — только пустота. А хуже пустоты бывает только надежда, и когда ты знаешь, что сейчас не можешь её оправдать.
Для меня всё это не впервые. Я и раньше видел, насколько уродлива может быть жизнь, если ей дать волю. Но одно дело — понимать это умом. И совсем другое — видеть взгляды Этараксиек, направленные на тебя, когда они думают, что ты, возможно, можешь помочь… И всё равно остаются без помощи.
Это уже давно не рвало мне душу, но оставляло осадок.
Потому что я действительно хочу, чтобы всего этого не было. Хочу сделать так, чтобы этой грязи не существовало. Продажи тел, страха, рабства и безнадёжности. Хочу однажды сделать империю такой, где подобное станет невозможным…
Но сейчас, прекрасно осознавая собственную слабость, я понимал и другое. Работы впереди — бездна. И один я с ней не справлюсь.
Мне нужен рядом сильный Род. Или хотя бы соратники. Те, кто не дрогнет и не свернёт. Возможно, такими однажды станут Этараксийцы, если я успею спасти Сашу прежде, чем она сделает шаг в ту самую бездну. Теперь она королева. И мне нужно вывести её на правильный путь. Иначе…
Иначе всё утонет.
В крови. В грязи. В более изощрённой мерзости, чем та, которую мы сейчас наблюдаем почти на каждом мире.
В борделях, что я посещал, были не только Этараксийки и обычные женщины. Попадались и Альвийки. Все они были не в большом количестве, но хватало, чтобы понять масштаб рынка.
Была и обратная сторона у всего этого дела. Именно из-за моих постоянных походов по таким местам у нашего сопровождения даже появилась обо мне определённая слава. Когда мы спускаемся на планеты, охрана теперь постоянно идёт с нами, потому что это слишком опасные миры. И, видя, сколько борделей я обхожу, они смеются между собой. Но в их взглядах при этом полно уважения.