А девушка всё так же стояла спокойно и теперь смотрела только на меня. Не моргая и даже не пытаясь показать радость от встречи. Потом телепортировалась и появилась уже напротив.
Я смотрел ей в лицо. Саша же, пару секунд всё также смотря на меня, разомкнула губы и произнесла:
— Нам нужно поговорить. Наедине.
После этого девушка снова телепортировалась — далеко, за пределы города.
Я рванул следом за ней.
Мы перемещались много раз, всё дальше и дальше от города. Вскоре оказались над отдалённой поляной. Внизу лежала трава, редкие тёмные кусты, полосы земли, местами выбитой ветром. Никаких построек. Никаких людей. Только открытое пространство и далёкое небо над нами.
Саша несколько секунд висела в воздухе, а потом телепортировалась вниз. Я тоже переместился следом и появился у неё за спиной.
Она некоторое время стояла ко мне спиной, а потом всё же повернулась.
На её лице по-прежнему не было никакой радости. Только ровная сдержанность.
Девушка заговорила первой:
— Глава… — начала Саша, но тут же осеклась. Она поджала губы, явно что-то решая про себя, и продолжила уже иначе. — Асшель, я всё это время переживала и искала вас. Отправляла Этараксийцев в разные точки, на разные планеты. Подкупала людей. Пыталась сделать всё, чтобы найти. Но, как я вижу, с вами всё хорошо и даже больше. Вы прилетели с Орденом. Значит, переживать за вас смысла не было и теперь нет. Вы вполне сможете добраться до Земли и самостоятельно.
— Мы тоже переживали за тебя, — кивнул я. — Прости, что меня не было эти почти десять месяцев.
— Это уже не важно, — ответила девушка. — Я понимаю, что просто так вы не могли пропасть. Значит, были причины.
Я молча смотрел на неё. В голосе Саши не было упрёка. Там было только принятие. И это хуже любых упрёков.
— Ты сказала, — произнёс я, — что мы спокойно доберёмся до Земли. А как же ты?
Девушка медленно повернула голову в сторону города, а затем снова посмотрела на меня.
— Я теперь королева Этараксийцев, — ответила она. — К счастью это или к худу, я не знаю. Я не могу уйти, потому что остальные всё так же останутся здесь. В космосе. В войне. Пока мы будем находиться где-то далеко в тишине и безопасности, они будут страдать и умирать.
Я ничего не ответил и девушка продолжила:
— Свет… Мне неприятно это говорить, но вы прилетели не вовремя. Я бы не хотела, чтобы вы видели то, что произойдёт сегодня. Поэтому, если есть возможность, прошу вас покинуть планету. Когда всё закончится, я сама прилечу к вам на корабль, чтобы поговорить.
Странно. Мне разрешили прилёт на планету сейчас, а она говорит о том, что хочет, чтобы я улетел. Неужели… Кто-то из старейшин подсуетился о моём прилёте? Но для чего? Чтобы я увидел всё это?
— Казнь, — произнёс я, словно пробуя это слово на вкус. — Ты уверена, что вам нужны именно такие меры, чтобы народ воспрял духом?
— Да, — кивнула она без колебаний. — Но дело не только в том, чтобы народ воспрял духом. Ублюдки должны ответить за свои действия.
— Согласен, должны. Но прилюдная казнь — это не самое лучшее решение. Ты сейчас этого не понимаешь, но в будущем это…
— Не понимаю? — резко перебила меня Саша.
В её голосе впервые прорезалась злость. Она шагнула ближе, и воздух вокруг сразу стал жёстче, напитанный энергией.
— Чего я не понимаю? — спросила девушка зло. — Или, может быть, вы слишком многое понимаете? Как много вы понимаете из того, что важно для моего народа? И с чего вы вообще взяли, что можете это понять?
Я снова молчал, давая ей возможность успокоиться. Споры сейчас ни к чему не приведут. Саша развернулась и, успокаиваясь, медленно пошла по поляне, глядя вниз.
— Я не сомневаюсь, что за свою жизнь вы видели многое, — продолжила она уже тише. — Участвовали в войнах. В сражениях. Сражались даже за Этараксийцев. И не раз. За что мой народ вам действительно благодарен. Хоть сейчас это и не очень заметно.
Девушка остановилась.
— Вы свет для нас. Но в то же время… — Саша качнула головой. — Никто.
Последнее слово далось ей очень тяжело, и она чуть ли не с комом в горле сказала это. Словно… Сама себе не оставляет выбора.
— Тысячи битв и тысячи дорог привели к тому, — продолжила девушка, — что вы ни к кому не привязывались. И даже когда наш народ хотел стать к вам ближе, дать вам почести, сделать вас не просто легендой, а чем-то большим, так как вы были важны для нас, вы отказали. Отказали и королеве Ваартирии. Вы не попытались принять то, к чему стремились мы. Остались наверху. Всё так же смотря на нас сверху вниз.