Шель внешне почти не изменился. Всё так же спокойно бил и всё так же уверенно держал ритм. Но Кларисса слишком давно его знала, чтобы не увидеть главное — он начал едва заметно нервничать.
Причина открылась быстро.
Обломок меча не хотел окончательно сливаться с новой основой. Между ними всё ещё сохранялось отторжение. А это означало одно: если связь не стабилизировать, душа, заключённая в гарде, просто не выдержит и рассеется.
Ещё один удар и по залу разнёсся звонкий, неприятный треск стали, звучащий так, словно только что оборвалась чья-та жизнь.
Место стыка нового лезвия и гарды лопнуло, осыпавшись осколками по постаменту.
Молот, уже поднятый для следующего замаха, замер над кузней. Шель несколько секунд просто смотрел на заготовку. Кларисса напряглась, ожидая, что он либо начнёт перестраивать ритуал, либо прикажет остановить процесс. Но парень, вопреки ожиданиям, оставался совершенно спокойным.
— Кларисса, — произнёс он ровным голосом, не отрывая взгляда от заготовки. — Мне нужны ещё три меча такого же уровня.
Девушка не стала задавать лишних вопросов.
В ту же секунду она телепортировалась в сокровищницу, где хранились артефакты, цена которых позволяла купить не один богатый мир, и почти сразу вернулась обратно в кузню с ними. Управляя клинками энергией, направила их по воздуху внутрь формации. Мечи спокойно прошли сквозь барьер, лишь слегка взволновав его поверхность, и опустились рядом на стол.
Шель едва заметно кивнул, а затем начал отдавать короткие команды. На какой участок усилить давление, где ослабить поток, как сместить узлы, какие печати убрать и какие добавить.
Хранительницы, слушая его, выполняли каждый приказ без промедления. Для тех, кто лично созерцал созданную из нескольких формацию новую стабильную формацию — слова парня сейчас были не просто приказами, а буквально мановение свыше.
Каждая из них понимала, что такие знания не рождаются сами собой, а создаются гениальными людьми, и сейчас, учась, спешили почерпнуть каждую деталь, чтобы потом воспроизвести её вновь.
Часы тянулись один за другим.
День сменился ночью, ночь снова днём. Но в кузне перемена суток вообще не ощущалась. Здесь существовали только жар, звон, пот, энергия и упрямство.
Четырнадцать дней. Столько понадобилось времени, чтобы звон стали и стук молота наконец затихли.
В зале воцарилась почти оглушающая тишина. Лишь формации тихо гудели, напоминая, что молодые девушки, которых уже успели сменить несколько пар других, имеют свой лимит сил, в отличие от парня в центре. Который, правда, держался скорее на упрямстве и силе воле, чем на собственных силах.
Кларисса же внимательно смотрела на постамент.
То, что лежало на нём теперь, уже нельзя было назвать заготовкой. Это было полноценное оружие. Шель, не боясь ещё не остывшего металла, взял его в руку, и приподняв. И только тогда Кларисса смогла в полной мере оценить, что именно у него получилось.
Широкий, массивный белый двулезвийный клинок размером сантиметров на двадцать выше парня, по белой стали которого едва заметно пробегали тонкие молнии. Оружие выглядело как нечто, что не просто создано для боя, а рождено из чьего-то очень сильного намерения сражаться.
Примерный вид:
Не просто меч и не просто артефакт… В нём было что-то от боевого штандарта, от символа власти и от воплощённой в металле воли…
Клинок, разглядывая который девушка не могла оторвать взгляда. Это оружие стоило тех мечей, что ушли на переплавку. Даже не видя его в действий, Кларисса понимала, что перед ней клинок с возможностью обрести внеранговую мощь.
Уставший, исхудавший и чуть посеревший, но явно довольный, Шель посмотрел на Клариссу, и та сразу поняла, чего он хочет.
В ту же секунду она послала команду. Все ранее созданные формации начали постепенно сниматься. Контуры один за другим гасли, давление в воздухе спадало.
И именно в этот момент восемь хранительниц, до того державших основу ритуала, сорвались с мест. В их руках появилось разнообразное оружие: мечи, хлысты, копья и даже алебарды. Каждое оружие сияло разной стихией. Девушки мгновенно атаковали парня.
Но он не растерялся. Новый клинок сверкнул в его руках белыми молниями. Удары посыпались со всех сторон, однако он ловко отбивал их один за другим, крутя слегка гудящий от сопротивления воздуха и оставляющий в воздухе белые шлейфы меч, при этом двигаясь спокойно и точно.
Понимая, что восьми мало, Кларисса тут же бросила в бой ещё двенадцать хранительниц.