Но сейчас остаётся лишь надеяться, что дома всё в порядке.
По завершению этого конфликта, я одним действием, последним, ещё немного укреплю позиции Саши и Этараксийцев в этом регионе, а потом — сразу на Землю. С Яной, Ольгой, и с учениками, если они сами захотят лететь со мной.
Все три корабля начали расходиться в разные стороны. Затем и наша армада тоже стала отходить. Но не назад, а в сторону.
Кларисса решила помочь Этараксийцам освободить ещё больше их сородичей. Поэтому началась новая череда сражений. Только теперь флот пришлось разделить. Основная часть, во главе с Клариссой и вместе с Этараксийцами, пошла вдоль отмеченной пиратом границы малых кланов, стараясь охватить как можно большую территорию.
Я же, примерно с третью флота, отправился по другой линии, ранее захваченных миров, замыкая контур и не давая врагам спокойно уходить и перебрасывать силы.
Сражения. Бои. Снова сражения. Снова бои… Кровь, крики, боль на лице врагов, радость на лице спасённых.
Всё это смешалось и шло своим чередом, пока я наконец с частью своего флота не достиг той самой начальной отметки, откуда всё когда-то и началось. Один из ближайших приграничных миров. На него я и решил опуститься вместе со своей командой, чтобы посмотреть, что здесь происходит на самом деле. Остальную же часть флота отправил дальше замыкать «кольцо».
Моим ученикам, Яне и Ольге сама мысль о высадке не понравилась.
От постоянных боёв все устали. И это было видно невооружённым взглядом.
Но я как их учитель обязан показать им не только бой, не только кровь, техники и сражения. Я должен показать то, ради чего всё это вообще затевалось, чтобы они поняли, что всё не было напрасно.
Когда наш шаттл опустился с краю космопорта, потому что основные площадки были заняты крупными транспортниками, я молча приказал всем следовать за мной и направился к трапу.
Когда мы подошли и створка открылась, ученики сперва с обычной усталой настороженностью посмотрели вперёд, а потом в их взглядах что-то изменилось…
По космопорту двигалась огромная, живая, шумная волна людей.
Худые, больные, покалеченные, избитые и с синяками…
В основном женщины, девушки и дети. Мужчины тоже были, но их было куда меньше. Кто-то плакал. Кто-то смеялся сквозь слёзы. Кто-то прижимал к себе ребёнка так, будто боялся отпустить хотя бы на секунду. Кто-то шёл почти без сил, но всё равно шёл вперёд, поддерживаемый другими — к огромным транспортным шаттлам, в которые их сейчас грузили.
Крики, плач, благодарности… Суета, объятия, дрожащие плечи… И при всём этом — радость с неверием вперемешку в воздухе и на лицах.
Космос. Корабль Асизаэль Сарнойл:
Девушка сидела в своём капитанском кресле, внимательно рассматривая движение кораблей Ордена. Когда она увидела, что они меняют направление, Асизаэль чуть улыбнулась и произнесла:
— Ты не уйдёшь от меня… Я иду за тобой.
Глава 21
На поиски пути домой
От автора: сильно устал, поэтому глава меньше обычного. Завтра будет нормальной.
Хмурый, взгляд которого всё-таки немного дрогнул, всё же по своей привычке нахмурился. А затем резко развернулся и пошёл обратно к шаттлу. Атака, ученица с короткими волосами, с некоторым непониманием окинув всё происходящее, в итоге тоже пошла обратно внутрь.
И лишь Ярая — ученица с длинными волосами — ещё пару секунд задумчиво смотрела на толпу. На её лице не было отстранённости. Скорее, лёгкое смятение, с которым она пока не знала, что делать. Затем девушка тоже развернулась вслед за хмурым, но после повернулась ко мне, склонилась и тихо произнесла:
— Спасибо, учитель. Я… Поняла, что вы хотели нам показать. И… Прошу, простите их.
— Ничего страшного, — спокойно ответил я. — Когда-нибудь поймут. Хотя я надеюсь, что им не придётся понимать это слишком глубоко.
Ярая чуть замялась, отвела взгляд в сторону, печально кивнула и снова поклонилась. После этого молча пошла к шаттлу.
Я проводил их троих взглядом, а затем вновь посмотрел на идущую толпу.
Я прекрасно понимаю, что именно девушка имела ввиду своими словами словами.
Мир устроен так, что у большинства людей просто нет сил на чужие проблемы. И в целом понятно почему. Со своими бы разобраться. Поэтому реакция хмурого, Яраи и Атаки не стала для меня чем-то необычным. Тем более они — дети аристократов. С самого детства привыкли к тому, что низы общества — это просто низы общества, и не более. Что где-то там всегда кто-то страдает, умирает и теряет, а мир при этом продолжает жить дальше.