В ту же секунду шаттл, находящийся неподалёку, также устремился в нашу сторону. Я направил в его сторону импульс энергии, и поле без труда пропустило его внутрь, как будто признало «моих» людей.
Здесь Кларисса, Яна и Ольга вышли наружу, осматриваясь вокруг. Их шаги гулко отдавались по металлу, нарушая вековую тишину.
Подавая личный пример, я чуть взлетел в воздух и помчался довольно быстро по коридору, чувствуя, что и все остальные также мчатся за мной. Впрочем, летели мы не с постоянной скоростью, порой останавливаясь и разглядывая какие-либо залы.
В одном из таких, который оказался гигантским ангаром, в котором висели закрепленные три примерно двух километровых линкора, Кларисса присвистнула.
— Шель, кажется, теперь я понимаю, почему твой Род решили уничтожить, — протянула она. В этих словах было не только восхищение, но и мрачное осознание.
Яна и Ольга внимательно посмотрели на нее, поэтому она продолжила, чуть понизив голос, будто здесь кто-то еще мог подслушать:
— Миры-корабли, особенно такие, — это штучный товар и боевая единица, которой нет равных. Чтобы вы понимали, за всё время было произведено не так уж и много миров-кораблей, если учитывать всю галактику. В то время как Шель сказал о том, что его Род создал целых тринадцать. И даже не постепенно, один за другим, а строя их одновременно.
Она обвела рукой пространство, словно пытаясь охватить масштаб.
— Что указывает на то, что они вполне-таки могли готовиться к войне. Что впоследствии, вполне возможно, и спровоцировало Сарнойлов и других на то, чтобы начать атаку на них.
— Это не совсем логичная мысль, — покачал я головой, хотя внутри неприятно кольнуло. — Но, стоит признать, логика в ней всё-таки есть.
Мы полетели дальше, сквозь залы один за другим по громадным коридорам, пока не достигли одной из створок.
Не опускаясь вниз на пол, я протянул руку и коснулся её.
В ту же секунду по кораблю вновь прошлась энергия, а я ощутил, что на меня кто-то смотрит. Взгляд был не глазами, а чем-то тяжёлый, древний и изучающий.
Затем в моей голове послышался тихий мягкий женский голос, шепчущий прямо в глубинах сознания:
— Берегитесь, …лодой гл… Среди… ас ес……датель.
Глава 23
Новая неизвестная переменная
Услышав эти слова, я замер, пытаясь понять, что именно до меня хотели донести.
Фраза пришла обрывками, рвано, словно кто-то пробивался ко мне через толщу воды или через треснувший канал связи. Понять удалось только одно: речь шла о предательстве. О чём-то уже случившемся или о том, что вот-вот должно произойти.
— Кто ты и что ты имеешь в виду? — мысленно обратился я к говорящему голосу, рыская взглядом по стенам внезапно начавшего сбоить энергией корабля.
Лампы начали едва заметно моргать и порой тухнуть, порой погружая нас во тьму.
В ответ на моё обращение была лишь тишина.
Я медленно повернулся в воздухе и посмотрел на свою группу. Все смотрели на меня так же внимательно, как и я до этого осматривал стены. Никто не дёргался и никто не суетился, но напряжение в воздухе чувствовалось явное.
Яна была собранна и спокойна, хотя по глазам я видел, что она уловила, что произошло что-то неприятное. Ольга чуть нахмурилась и перевела взгляд на коридоры за моей спиной. Кларисса держалась ровно, холодно, без паники, но она, видя как я оборачиваюсь, тоже насторожилась.
В то, что кто-то из моих может меня предать, я не верил ни на мгновение.
Ольга, которая понятия не имеет, как пользоваться миром-кораблём? Нет. Оно ей и не нужно. Яна? Даже думать об этом смешно. Кларисса? В ней я никогда не сомневался и не стану сомневаться сейчас.
Остаются только…
Я посмотрел в глаза Клариссе.
— Кларисса. Скажи, те люди, с которыми вы прилетели… Ты им доверяешь на все сто процентов?
— Конечно, — спокойно кивнула она, даже не задумавшись. — Я в них уверена. А что такое?
Девушка едва заметно повела головой в сторону тёмного коридора, словно уже догадалась, что дело не в простой тревоге.
Я помолчал пару мгновений, обдумывая услышанное, затем перевёл взгляд на открывшийся дальше проход и произнёс:
— Перемещаемся дальше, но действуем крайне осторожно. Похоже, у нас тут, вполне возможно, сошедшая с ума душа… И от неё пока неясно, чего ожидать.
Сказав это, я сорвался вперёд.
Мы полетели по коридору один за другим. Вдоль стен тянулись линии аварийной подсветки, то вспыхивая ровнее, то снова начиная нервно мигать. Огромные металлические коридоры корабля порой едва заметно гудели. Где-то далеко внутри конструкции шёл неравномерный отклик реакторов, а по корпусу иногда пробегала дрожь, будто весь этот гигант медленно приходил в себя после слишком долгого сна.