Раньше, когда я только прибыл на Землю, её энергетический фон тянулся вяло и чахло, практически не различимый.
Это напоминало запруду, перегороженную толстым бревном и затянутую сверху огромным полотном зелёной тины, которая не пропускает вниз даже лучи света. Тем самым не только замедляя развитие, но и даже снижая его.
Война между Китайской и Российской империями создавала толчки — волнения, которые пробивали преграду. Через бревно, перекрывающее запруду, сверху начинала переливаться вода, унося с собой часть этой тины.
Из-за этого практики начинали расти быстрее именно во время войны.
Однако не только война послужила причиной их бурного роста сейчас. Во время прилёта второй волны, когда я пропал с Земли, ещё до этого момента, из-за использования врагом какого-то артефакта, смешанного с прилетевшей второй частью моей силы, энергии накопилось столько, что в итоге пришлось распылить её в энергосистеме планеты.
Я понимал, что планете это не навредит, а вот сам я подобный объём не подчиню и просто умер бы от такого количества.
Этой энергии хватило на то, чтобы, если и не убрать полностью бревно, то как минимум сдвинуть его, позволяя реке вновь восстановить часть течения и побежать быстрее, прогоняя прочь всю тину вдоль русла. Поток воды начал открываться для света, лучи понемногу прогревали поверхность и освещали дно.
За те больше двух лет, что меня не было в этом месте, практики на Земле совершили огромный скачок в силе. Постепенно их рост начнёт замедляться, но при этом станет более стабильным, породит гораздо больше высших, нов и рангов выше, что впоследствии приведёт к ещё большему переделу сил.
Кто-нибудь мог бы обвинить в этом именно меня, но всё равно подобное произошло бы и без моего участия. В любом случае.
Причина кроется в развязанных войнах. Война с Китайской империей явно не шла последней в череде конфликтов. И все эти толчки от каждой новой войны, вся эта штормящая энергия рано или поздно опрокинули бы бревно, вновь отпуская поток вперёд.
Моя сила никак не виновата. Она просто ускорила событие, которое и так рано или поздно свершилось бы. Но в ином случае, из-за неконтролируемых потоков, развитие шло бы однобоко, что дало бы одной стороне слишком много сил, а другим ничего.
Сзади раздавался шум — армия гудела. Мне это надоело, и я автоматически повёл рукой назад, делая короткий жест, — и вся армия тут же замолчала. Даже для меня подобная синхронность выглядела неожиданно. Но заострять на этом внимание не стал.
В этот момент рядом со мной оказались Суворов, Владимир, Славка и Тина. Если двое первых, смотря на меня пару секунд, просто почтительно склонили головы, то Тина, широко улыбаясь, моментально кинулась мне на шею, обняла, с силой прижимаясь и практически повисая на мне.
— Вернулся! — радостно произнесла девушка, сжимая меня в объятиях.
— Привет, — улыбнулся я, обнимая её в ответ за спину и чуть поглаживая по ней ладонью, при этом чувствуя немного прохладную щёку девушки.
Славка, тоже улыбаясь, висел рядом, не вмешиваясь, но в глазах читалась такая же радость.
Тина отстранилась, как будто давая ему ненавязчивый намёк. Но я, зная Славку, сам подлетел ближе раньше него и крепко обнял парня:
— Я скучал и по тебе, дружище.
— Глава… — тихо выдохнул он.
Я пару раз похлопал его по спине, затем отлетел чуть назад, разглядывая всех.
Тина тут же, словно опомнившись, навострилась, прищурилась и спросила:
— Так, стоп. Ты ведь сейчас никуда не пропадёшь, правда⁇!
Я перевёл взгляд на подлетевшую Катю, чуть раскрыл руки и тоже обнял девушку, ощущая, как и она крепко сжимает меня.
— Нет, — улыбнулся на её волнение. — Теперь я никуда не пропаду, можете не волноваться.
Суворов и Владимир всё это время внимательно смотрели на меня и словно ждали, что я сейчас отдам им какой-либо приказ.
Катя отстранилась, я положил ей руку на плечо, говоря:
— Я рад, что ты всё-таки смогла принять свою силу.
— Да, — она чуть улыбнулась и кивнула. — Спасибо тебе. Твои слова помогли мне и направили. Благодаря этому теперь я… — она задумалась на секунду, подбирая формулировку, — ощущаю себя более целостной.
— Отлично, — кивнул ей.
Затем обратил взгляд вниз — на две армии. Одна стояла на коленях, склонив головы. Вторая, российская, стояла напротив, явно ожидая приказа. Я сразу же его отдал, громко и чётко: