Они спускались до тех пор, пока не добрались до сокровищницы — отдельного, расширенного помещения, где лежало все самое ценное. Но Гриша направился не в саму сокровищницу, а в отделение слева от нее. Открыв замок при помощи своей энергии, парень зашел внутрь, а следом за ним и Славка.
— Брат говорил, — заговорил Гриша, — что это копьё когда-то принадлежало невероятно сильному стражу.
В центре комнаты, чуть подрагивая и создавая вокруг себя импульсы, искажающие пространство, висело белое копье. Оно не лежало и не было закреплено. Просто висело в воздухе, будто само по себе. По его древку пробегали едва заметные волны, наконечник был идеально гладким и при этом от него тянуло такой плотной, тяжёлой силой, что воздух вокруг чуть заметно дрожал.
Гриша сделал шаг вперёд. В его глазах с самого начала не было растерянности и нерешительности, так как парень давно перерос свой юный возраст, но теперь там было нечто другое — желание получить силу во что бы то ни стало. И парень закончил:
— События будущего диктуют нам, что нужно быть ещё сильнее, чем есть. Поэтому я подчиню себе этот артефакт.
Глава 3
Битва в небесах. Часть вторая. Кирилл?
Рана на боку нехило так болит. Даже несмотря на то, что я использую энергию, чтобы отключить нервные окончания, боль всё равно пробивается сквозь это онемение.
Я быстрее своей противницы, но не сильнее ни в физическом, ни в энергетическом плане. Из-за этого в момент нашего столкновения, когда я отражаю её атаки своими техниками, не поспеваю за всем, что и привело к ране. Сейчас же, сквозь замедленное восприятие, я вижу, как множество огненных шаров летят ко мне.
От такой техники не успею уйти так просто… Это просто невозможно.
Асизаэль выходит на пик своих возможностей. И что самое неприятное, я понимаю, что из-за разрыва в рангах этот пик у неё гораздо выше моего. Поэтому, если продолжится столкновение в лобовую, я могу и не выйти из этого боя целым. А значит, похоже, как бы я этого ни хотел, но без использования собственной родовой силы я могу просто откинуться…
Придётся рисковать и тем самым раскрывать себя и свою личность перед врагом.
На то, что к мальчишке приближается смерть, старик смотрел с особым наслаждением. Ему не нравились такие зазнавшиеся юнцы — слишком шустрые, талантливые и слишком уверенные, что мир лежит у них под ногами. Он уже почти предвкушал момент удара, как вдруг…
Как вдруг в следующий момент неверяще подался вперёд.
— Не может быть! — выдохнул он.
Парень, на которого обрушивались огненные кометы, просто сделал шаг вперёд, исчезая в темноте пространства. Не телепортацией и не обычным смещением — он именно ушёл в чёрноту. Асизаэль не успела среагировать, как он уже появился немного сбоку от неё.
Девушка успела поставить щит.
Однако мелькнувший чёрный клинок в другой руке парня ярко вспыхнул, пробивая его. Асизаэль подставила меч, принимая удар на жёсткий блок, но мгновение спустя её зрачки слегка, едва заметно расширились, когда одним ударом её на огромной скорости отбросило прочь.
Парень между тем снова шагнул в чёрное пространство, выходя перед летящей Асизаэль и ударяя своим клинком. Девушка к этому моменту уже успела справиться с неконтролируемым полётом, поэтому встретила его опять жёстким блоком. Но каково же было её удивление, когда она вновь проиграла в силе, ещё одним ударом отлетая прочь.
— Не может быть… — прошептал старик, уже не скрывая потрясения. — Эта сила… Возможность уходить сквозь подпространство… Она доступна только старшей ветви. Чей это бастард⁇! Шанс проявления такой силы у низшей ветви практически ничтожен! А значит, он точно ребёнок кого-то из главной семьи! И почему… Он вдруг стал сильнее⁇
Старик почти с яростью и ревностью всматривался в бой.
— Их энергетические уровни очень сильно разнятся. Госпожа Асизаэль уже должна была победить! Что происходит⁇! Невозможно, чтобы она, выходец из старшей ветви, родовитая, проигрывала какому-то парню, чей уровень энергии гораздо ниже!
Двое противников в небе продолжали пытаться убить друг друга. В ход шло всё возможное: от печатей до простых ударов клинками, которые рассекали само пространство. Асизаэль использовала свои глаза по максимуму. Создавала настолько чудовищные техники, что их не выдержал бы никто другой.
Никто другой, кроме обладателя подобных глаз…