Англичане разрывались на части, пытаясь разрешить сразу все возникшие проблемы. Проход в Балтийское море пока перекрыт, а посуху в те края не доберёшься. Три сотни торговых кораблей с грузами застряли в русских портах, тут ещё и Египет надо бы отвоевать у французов. Ладно, русские никогда до Индии не доберутся, но других головных болей хватает. Всё-таки потеряли под Копенгагеном солидную часть флота, а восполнить сложно из-за русских недопоставок. Новый премьер-министр Генри Эддингтон только-только начал гадить Англии и лишь на следующий год поставит англичанку раком, заключив с Францией Амьенский мир. А там, впереди, и неурожай грядёт, как и финансовый кризис под ручку с социальным хаосом. Тут уж не до переворотов в России, уцелеть бы подольше. Вот и созрела в голове этого виконта идея… откупиться от русских. Индийских поход не волнует (сами шею сломают в нём), а торговый флот надо бы разморозить, как и восстановить закуп еды и пеньки хотя бы. Ну и остального насколько возможно.
— Ваше величество, — доложил свои соображения Аракчеев, — деньги лишними не будут, всё-таки столько расходов предстоит. Можно им флот разморозить, а поставки пока не спешить восстанавливать.
— Да, Алексей Андреевич, Кутайсов то же самое рекомендует. А вдруг не согласятся столь много платить за свои корабли и свой груз? Всё-таки своеобразное пиратство получается.
— Так у них выхода нет, голландцы уже начали перехватывать некоторые рынки сбыта. Да и французы не дремлют.
Конечно, сумму следует получить солидную, на мелкие уступки нечего размениваться. Сколько могут стоить три сотни кораблей, да ещё и с грузом? Вот то-то и оно, когда гигантская сумма подвисла. Хорошо, что нынешний премьер ещё и канцлер казначейства, глядишь и себя за счёт бюджетных средств подмаслить не забудет. Или у них в европах все честные-пречестные? Тогда можем чуть-чуть уступить в вопросе о Великом Княжестве Литовском, чисто политически. Всё равно их агенты там уже бурную деятельность развели и вовсю с австрияками, пруссаками и французами грызутся за право первой брачной ночи.
А что делать, коли старший, да ещё и нелюбимый сын уже явно отрезанный ломоть. И нужны средства, чтобы западную границу обустроить укрепрайонами, пока есть время. Ох, куда приведёт сия кривая? Император должен всё предвидеть, иначе бед не оберёшься. Второй сын теперь на пару лет застрянет в Средней Азии, почему-то тоже нелюбимый. Ничего, доведёт завоевание до конца, а заодно будет иметь свою армию для действий на Балканах в будущем. Пусть впоследствие сам себе Константинопольскую Русь завоюет, где и будет править. Увы, младшенькие пока совсем дети и опереться-то не на кого…
Выдавленную из англичан щедрость использовали по полной форме. Заплатить просто деньгами Лондону не удалось, поэтому у них, так и быть, взяли большую часть оплаты английскими же арестованными товарами. По сниженным ценам, ясен перец, раз уж англикосам требовалась оперативность. Кутайсов по-бырому создал закрытое от любопытных глаз торговое товарищество, которое и занялось распродажей всего того в чём столь нуждались русские титулованные дворяне и иные лица. Понятно, что из-за столь долгого дефицита сверхсостоятельным людям пришлось покупать заморские товары по заметно высоким ценам, иначе и того не достанется. Из-за границы-то особо пока не повозишь, ибо слишком сложно получать пока разрешение на путешествия в Европу. Новая царская политика ударила даже по возможности тратить деньги за рубежом, совсем жизни нормальной не стало состоятельным людям.
Зиц-председателем новой компании поставили приглашённого из Гамбурга совсем молодого человека, биржевого умника Людвига Штиглица. Всё-таки проверенный товарищ, которого пан Чигиринский припахал ещё в первом лохотроне на пользу делу. А уж как сей усатый вьюнош славно расторговывал контракты на поставки игры «пятнадцать» во время второго лохотрона просто любо-дорого оценить. Так что третий лохотрон никак не мог обойтись без толкового молодого гения, да и доверие к его талантам неимоверно возросло. Тем более, что именно он и предложил заполнить опустевшие трюмы аглицких кораблей русскими товарами. Да, на хлеб и пеньку цены тоже приподнялись, всё-таки с государевых угодий, а не от мужика сиволапового. Купечество с грустью смотрело на то, как царь-батюшка наживает деньгу, пользуясь своим административным ресурсом. Даже высокопоставленные чиновники не смогли свои ручонки протянуть к столь неожиданной торгово-политической операции. Макаров ввёл режим «макаровщины» раз дело коснулось личного кармана императора и быстро поотбивал желание погреться у государева очага.