- Я пришел поблагодарить вас. - Она подняла на меня свои глаза и я запнулся. - И попрощаться. Не знаю, что бы со мной сейчас было, если не ваша помощь и ваши знания. – Что бы было? Да я бы не надрался в баре, как последняя свинья, пытаясь обмануть неизвестно откуда взявшиеся проклятые чувства.
- Не за что. Это я должна быть благодарной вам за гостеприимство и ту заботу, которой окружили меня ваши слуги.
Во дворе просигналил Элайя.
- Это за мной. - Она подошла к кровати и взяла небольшой пакет, вероятнее всего с презентами от слуг, успевших привязаться к ней. Вот только я тупой осел за всю бессонную ночь не удосужился подумать насчет подарка. И вообще не хочу, чтобы она уходила. Хотя и неприятностей от нее тьма. Но Сара вежливо улыбнулась, прошла мимо меня и направилась к лестнице. Я слушал ее удаляющиеся шаги и не мог понять, что со мной, черт подери, происходит. Нравится ли она мне? Определенно да. Но не настолько, чтобы потерять голову и чувствовать такую обреченность, что терзала меня сейчас. Черт возьми!
Стараясь скрыть внезапно охватившие меня чувства, я спустился опять в столовую и даже немного поел, хотя и аппетита уже не было. До вечера я занимался тем, что не давал чувствам одержать надо мной верх, а для этого нашел самое верное занятие - разбор счетов и корреспонденции. Возможно, это мое занятие продлилось бы еще весьма долго, но звонок в дверь отвлек меня от очередного письма. Харт раздавал указания слугам, поэтому мне не оставалось ничего иного, как отрываться от разбора бумаг и идти открывать дверь самому.
Меньше всего я ожидал увидеть на пороге ее. Она совсем не изменилась с нашей последней встречи. Черные игривые стрелки, небрежная коса цвета темного шоколада, алые губки, ее любимый черный свитер с высоким воротником, такого же света берет, юбка в зеленую клетку. И противный рыжий кот Луи на руках. Она снова вернулась. Моя невеста.
- Марион?
- Генри. - Улыбнулась она. Да, Генри - это тоже я. Это мое второе нелюбимое имя, которым меня, увы, упорно зовут в высшем свете. Она прошла внутрь и мне не оставалось ничего иного, как закрыть дверь. Если ты принадлежишь к высшему обществу, тебе приходится подчиняться его законам. Вести определенный образ жизни, одеваться в соответствии с принятыми нормами, жениться на той, кто приукрасит твой род, увеличит капитал и будет ровней тебе по положению. Поэтому мне и пришлось официально обручиться с леди Марион Белвен, дочерью лорда Белвена, владеющего не только внушительным капиталом, но и эксклюзивной коллекцией вин.
Мы обручились два года назад, однако до сих пор не поженились. Нам было достаточно и редкого секса и статуса, отгоняющего прочь охотников за наживой. С Марион я не скучал - она была в равной степени хороша в интеллектуальных дискуссиях и в постели. А главное, ее абсолютно не интересовала моя личная жизнь.
- Что тебе надо? - Спросил я, когда она вошла в холл и хозяйским движением закинула берет на вешалку.
- Просто решила навестить. - Она повернулась ко мне. - Или я, как будущая супруга не имею права?
- О тебе не было слышно последние шесть месяцев. И вот ты здесь.
- Отец сказал, что ты нездоров. - Она пожала худыми плечами.- Это так?
- Я был нездоров. - С особым ударением на слово «был» парировал я.
- Ясно. - Она подошла к окну и распахнула шторы, давая лунному свету проникать в комнату.
- Прекрати. Ты знаешь, как я отношусь ко всем вашим вампирским штучкам.
- Привыкай к ним. Я всегда буду вампиром и тебе рано или поздно придется это принять.
- Лучше поздно. - Я вновь сдвинул шторы. - Уезжала по работе?
- Тебе это интересно? Да, был заказ. А ты? Чем занимался без меня?
- Пил с Марком, гонял на бентли, имел трижды в неделю Лили. Рассказать подробнее?
- Да. - Она облизала губу. - Начиная с твоей рыжей лошадки. Я хочу знать буквально все.
- Тогда продолжим разговор в спальне?
- Я буду ждать. - Она взмахнула длинными ресницами и направилась в мои покои, пока я отправился за бренди.
Мой выбор пал на Марион не случайно. Мы были похожи. Сильно похожи. И заключалось это в том, что мы оба виртуозно обращались со всеми масками, которые нам то и дело приходилось на себя примерять. Но Марион, безусловно, превзошла меня в своем мастерстве. В обществе ее знали едва ли не святой. Равно овдовевший лорд Белвен не придумал ничего лучшего, чем отдать Марион, которой на момент смерти леди Белвен исполнилось всего пять лет, в закрытую школу для девочек, расположенную на территории женского монастыря. А дальше свою жизнь Марион продолжила учебой в одном из престижнейших университетов мира и закончила его с отличием, получив специальность искусствоведа. Помимо работы с коллекционерами в последнее время она увлеклась реставрацией, причем занималась ею на благотворительных началах. Неудивительно, что в свете она была известна только с положительной стороны. Вот только это было половиной правды.