Вот так вот. Ни единого слова лжи, ни единого прямого утверждения и ни единого же прямого вопроса. Всё по её правилам.
Девушка пристально прищурилась, в глазах полыхнули странные огоньки, губы искривились в одобрительно-насмешливой улыбке, но он буквально ощутил, как она внутренне подобралась.
Эверихальд мысленно рассмеялась, но смех был далёк от веселья. Этот человек, демон его побери, нравился ей всё больше и больше вопреки страху. О, как он играл! Играл так же хорошо, как она. И при этом совершенно не лгал – ни словом, ни интонацией, ни взглядом, ни жестом. На раз понимал все её игры и… вопрос без вопроса. Её любимый приём. Он использовал его столь же искусно, сколь чётко его видел. Равно как и ответ без ответа. Великолепно. За одно лишь это можно и ответить, причём прямо и без игр – заслужил.
И всё же… он опасен. Демонски опасен. Способен считывать эмоции с её ауры так, словно и нет на ней защиты, дарованной Треликой. Силу, подобной его, сложно представить. Опасен ещё больше, чем она предполагала. И когда они выйдут за пределы леса ей останется лишь молиться, чтобы эта опасность по-прежнему оставалась лишь потенциальной. Нет, она не утратит способность к лесной магии вдали от леса, но могущества поубавится. И чтобы он не оказался верен Архимагу. Иначе жуткий противник выйдет.
- Я чувствую огромную опасность, исходящую от вас, - качнула головой она. – Даже не как от менталиста, а как от существа. Честно говоря, я даже сомневаюсь, что вы сами… до конца человек. Чутьё у лунных драконов отменное, а у меня, как у благословлённой Треликой Матери, и того лучше. И потому я чувствую инст… инстинктивный страх, - Эверихальд порадовалась, что смогла почти без запинки произнести сложное слово. Кажется, арантский язык давался всё проще. – Но я достаточно хорошо контролирую его, чтобы не позволить ужасу затуманить мой рассудок.
Менталист кивнул, задумчиво глядя на неё, а Эверихальд наконец доплела сложную косу, свернула её в пучок, закрепив множеством шпилек, купленных для выступлений и всегда смазанных ядом, и, воткнув в него гребень, удовлетворённо кивнула:
- Всё.
- Всё? – удивлённо переспросил менталист, окидывая её недоумённым взглядом.
- Всё необходимое мы купим, сами сказали, - пожала плечами Эвери с деланным равнодушием. – А остальное… приличной одежды, помимо этой, у меня нет. Разве что зимняя. Все остальные наряды либо те, в которых я выступала, либо те, в которых в народе появляются только нищие. Прочее же Древние сохранят до моего возвращения. Было бы глупо тащить с собой всё это великое множество книг, верно? Так что то, что вы видите на мне и в моих руках, это всё, что я собираюсь брать с собой.
«Оставлять больно, а забирать – ещё больнее,» - подумала Эверихальд об истинной причине, но не позволила губам ни на миг искривиться в болезненном подобии улыбки, в которое они так и тянулись. Ей и вправду было больно, ужасно больно покидать свой лес, ставший ей домом и семьёй, но она точно знала, что так надо, а потому боль слушала не больше, чем страх.
- Как скажешь, - кивнул, кажется, всё понявший вопреки её словам менталист, выходя из избушки вслед за ней и сменил тему. – Сможешь удержаться в одном седле со мной?
Эверихальд окинула его дружелюбно-насмешливым взглядом и фыркнула. Под пристальным, полным недоумения и интереса взглядом прошлась по поляне, на которой расположилась её избушка, к самой кромке леса и громко свистнула.
Ален чуть не поперхнулся, когда это воплощение грации и изящества, которое словно в насмешку надо всеми королевскими семьями взрастил лес, сунуло два пальца в рот и свистнуло так звонко, залихватски и задорно, словно уличный мальчишка. Но то, что случилось дальше, заставило его на пару мгновений опешить. На поляну вышел Зверь. Да, именно так, с заглавной буквы. Прекраснее этого оленя опытный в охоте мэтр не видел ещё никогда. Лоснящаяся переливающаяся на солнце густая шерсть, тёмная, словно дёготь, огромные ветвистые рога на гордо посаженной голове и странная, неведомая мудрость в чёрных маслинах глаз. А драконица, рядом с этим могучим величием казавшаяся обманчиво хрупкой и беззащитной, бесстрашно подошла к нему и ласково обхватила тонкими ладошками тут же почтительно склонённую морду.
- До города довезёшь, друг? – спросила она, пока зверь пристально смотрел ей в глаза. – Сегодня мне пешком никак нельзя, спутник-то верхом.