Почувствовав, что шуткой сделал только хуже, менталист виновато вздохнул, обнял её, останавливаясь - ни сил, ни желания оттолкнуть его у Эверихальд не нашлось - и тихо произнёс:
- Прости, я был бестактен. Ты молодец, но тебе явно нужен отдых. Сейчас придём, переоденемся, растопим камин и выпьем. А завтра не скажем ни слова о делах.
- Мне определённо нравится этот план, - устало пробормотала Эверихальд. - За эту неделю столько всего навалилось, что я едва нахожу в себе силы просыпаться.
Она и сама не ожидала, что произнесёт это вслух, но признаться в этом менталисту оказалось на удивление просто. В другой ситуации то, с какой лёгкостью она призналась в собственной слабости, её насторожило бы, но сейчас она так устала, что в сознании лишь промелькнула странная, совершенно не свойственная ей, но отчего-то очень правильная мысль: "Невозможно всегда быть сильной. Я имею право на немного слабости. Хотя бы рядом с тем, кого мне в спутники на эту жизнь подарила сама Треликая". Кони, тоже явно желая хоть как-то поддержать хозяйку, проползла вверх по блузке, обвила шею и положила свою прохладную голову её на скулу, будто тоже обнимая.
- Это называется переутомление, - вздохнул менталист. - Удивительно, что за эти четыре года оно впервые настигло тебя только теперь. Скоро осенние каникулы. Я планирую взять отпуск и не позволить тебе завалить себя делами. А то ты окончательно себя доведёшь.
И вот странность, у Эвери не возникло ни малейшего желания спорить. Сама она, учитывая обстоятельства, ни за что не смогла бы разрешить себе просто отдыхать. Попыталась бы помочь брату с проработкой реформ, вступила бы в ряды революционеров с целью перенаправить их идеи в сторону мирного решения вопроса, придумала бы ещё что-нибудь, чем может помочь... А тут ей просто не позволят всем этим заниматься, заставив отдохнуть. И она сможет обмануть себя, что не способна сопротивляться этому "принуждению". Это ли не прекрасно?
- Пожалуй, это я тебе позволю, - слабо улыбнулась, как-то очень естественно переходя на "ты".
А про себя снова подумала: "Немного слабости... Совсем чуть-чуть... После такого количества проделанной работы я совершенно точно имею на это право, верно?".
Глава №4. Прости, не смог удержаться
"Ни слова о делах"... Какое чудесное правило, оказывается! Они занимались чем угодно, говорили о чём угодно, лишь бы не затронуть ни единой темы, касающейся политики и всего, что с ней связано. Обсуждали прочитанные книги, рвали в саду яблоки прямо с деревьев, потом менталист вспомнил о каком-то очень красивом месте, они собрали еды и пледов для пикника, напрочь забыв о том, что они вообще-то лорд и леди с приличными забавами и приличным отдыхом, а не простолюдины, и отправились туда порталом - это оказалось прекрасное лесное озеро - там ели, любовались природой, брызгались водой как дети, наплевав на холод, рассказывали смешные истории из жизни.
Вот с последним, правда, вышел казус. Во время одной из его историй она запнулась об одну из мыслей и внимательно посмотрела на него. Тот осёкся, поняв, что сказал то, чего говорить был не должен, забылся, и ответил ей таким же пристальным взглядом. "Вот она - одна из стен между нами," - подумала Эверихальд. - "Его тайна. И если я не хочу всё ещё больше усложнить, то я не должна его ни о чём расспрашивать. Я должна дождаться, пока он сам станет доверять мне достаточно, чтобы рассказать. Должна верить, что однажды этот момент настанет, и что если бы эта тайна была совсем опасной, он бы мне давно всё рассказал. Ведь и сама говорю и показываю в себе не всё, и он не лезет, если явно показываю, что расспрашивать не стоит. Но что говорить? Ведь сказать что-то надо.". Воцарилось напряжённое молчание, во время которого Эвери спешно пыталась сообразить, как реагировать, а потом всё же произнесла, теперь уже точно зная, что её жених не человек:
- Сделаю вид, будто не заметила, что описываемые тобой события могли происходить только две с чем-то сотни лет назад при правлении Циссии первой.