Руки Тео скользнули по её телу, заставляя тело отдаваться неведомой раньше сладкой жаркой истомой и при этом сжаться от тихой паники, создавая слишком острую гамму ощущений - одна обняла за талию, а другая обхватила затылок, не давая отстраниться. И при этом девушка твёрдо знала, что вздумай она отпрянуть, и он отпустит, принуждать не станет. Наверное, именно это и останавливало. Если она может прекратить всё это в любой момент, то зачем делать это прямо сейчас?
Это было... незнакомо. Настолько незнакомо, что Эвери невольно зажмурилась, пытаясь понять, нравится ей это или нет, по-привычке набрасывая на них "отвод глаз". И с каждой секундой всё лучше понимала, что... всё же нравится. Несмотря на страх тела, до сих пор слишком хорошо помнящего боль, несмотря на инстинкт самосохранения, ей нравилось чувствовать губы менталиста на своих, быть прижатой к его сильному телу и чувствовать себя... беззащитной. Да, именно беззащитной. Вампиру не соперник даже лунный дракон, даже универсальный маг, даже всё это в одном маленьком хрупком на вид теле. Она беззащитна. Это пугало и при этом было странным образом приятно. Она знала, что он, наверное, единственный, с кем быть беззащитной безопасно. Оставалось в это поверить и перестать бояться. Она беззащитна перед ним, а он всё равно с ней бережен и нежен, не пользуется своим превосходством, не принуждает ни к чему, приручает... Даже сейчас даёт выбор и если она отстранится, то огорчится, но не обидится.
Нежность, ласка его горячих губ рождала в душе что-то ответное, такое же хрупкое и трепетное, похожее на те же чувства, которые он вкладывает в этот поцелуй. Не такое сильное, пока что неопределённое, но определённо прекрасное. То, что хочется беречь и взращивать, пусть это и сделает её ещё слабее. Принцесса, вечно холодная и отчуждённая, не умела проявлять подобные чувства, но всё равно попыталась ответить на поцелуй - вовремя вспомнилось, что, кажется, девочки в Академии шептались, что это нужно делать. О, конечно она не участвовала в таких разговорах и намеренно слушать подобное не собиралась, но чего только не услышишь, имея столь же совершенный слух! Наверное, по сравнению с ним она была очень неопытна и неумела, впервые нерешительна, но она старалась, перебарывая охватившее её оцепенение. Ну вот, не так уж это и страшно! И совсем не похоже на то, что она испытала, будучи ребёнком, хоть она и ждала поневоле чего-то омерзительного, даже зная, что менталист никогда не сделает то, что будет неприятно ей. Да и сейчас подсознательно ожидает, что он сорвётся, перейдёт черту, наплевав на толпу вокруг... Наверное, не будь этой толпы, она бы всё же запаниковала... Наверное, именно поэтому менталист решил первый раз поцеловать её именно здесь... Наверное, потом, наедине с ним, это будет страшнее... Но это всё потом, вот потом и разберётся. В конце концов, она ведь знает, что ничего такого не произойдёт, однажды и поверит. А сейчас ей хорошо, пусть и страшно.
Когда ей хватило решимости, чтобы приоткрыть сжатые инстинктивно зубы, пропуская язык менталиста себе в рот, как о том шептались всё те же девочки - всё же нужно было читать любовные романы, они, оказывается, в некоторых ситуациях куда полезнее всех научных трудов, что хранятся в её памяти! - на миг дыхание перехватило, а сердце застучало ещё быстрее, хотя секунду назад казалось, что это невозможно. Это было похоже на... танец. Танец даже более откровенный, чем то, что она выплясывала на потеху толпе. О, это было намного откровеннее, жарче, безумнее чем всё, что она когда-либо вытворяла. Адреналин бушевал в крови, смешиваясь с желанием чего-то большего и страхом перед этим же "большим".
Когда воздуха стало не хватать обоим, Тео разорвал поцелуй, провёл губами горячую дорожку по скуле, втягивая запах, и, остановившись у уха, тихо прошептал, опаляя нежную кожу пламенным дыханием: