Брат тоже усмехнулся шутке.
Как выяснилось, по задумке, которую оставалось лишь согласовать с ней, на портрете брат должен был быть изображён сидящим на троне в расслабленной позе с лёгкой полуулыбкой на губах, по левую сторону, чуть позади и в пол разворота от трона, с грозным видом Эверихальд в промежуточной ипостаси, положив одну руку на спинку трона, а по правую в такой же позиции… канцлер.
- М-м-м-м… - протянула Эверихальд в некотором замешательстве. – Кажется, я многого не понимаю.
- Понимаешь, - вздохнул Вито, - скрывать этот портрет вечно всё равно вряд ли выйдет, потому что существуют случайности, из-за которых зачастую и раскрываются самые тщательно оберегаемые секреты. А с драконами… Если остальную нечисть все с горем пополам приняли, то драконов опасаются, причём довольно явно, многие из влиятельных дворян. И я хочу во избежание заговора на почве того, что король «опасно беспечен» представить драконов как вторую опору трона. Канцлер и дракон – символично, красиво, а главное – явное проявление доверия, для которого даже у легкомысленного юнца, коим меня некоторые имеют глупость считать, не может не быть оснований. Это успокоит не всех, но многих. О, я знаю, ты хочешь вернуться в лес, когда сможешь, но если вдруг найдутся другие… хотелось бы всеми силами обезопасить и себя, и их от лишних… инициатив с благими побуждениями. В промежуточной твоей ипостаси сходство между нами двумя не будет так бросаться в глаза, а этот портрет мы не будем намеренно выставлять на показ, однако и прятать тоже, и он станет дополнительным символом. А канцлер сейчас подойдёт, он немного задерживается из-за дел.
Некоторое время Эверихальд просто изучала брата взглядом, а потом с чуть печальной улыбкой произнесла:
- Это… очень тонкий ход, Вито. Ты вырос по истине прекрасным королём.
Канцлер появился через несколько минут.
- Ваше Величество, Ваше Высочество, прошу прощения, что заставил себя ждать, - с поклоном произнёс он и вежливо кивнул сударю Тано с тенью улыбки.
- Ничего страшного, - махнул рукой король.
- Мы как раз успели обсудить некоторые тонкости положения, - кивнула Эверихальд.
- Вот! Вот такое лицо нужно, Ваше Высочество! – вдруг произнёс сударь Тано, и только тут Эверихальд поняла, что на лицо против воли по привычке вернулось выражение ледяной гордой невозмутимости, стоило в зале появиться канцлеру. «Вот демон!» - выругалась она мысленно. – «Я не должна по-особенному реагировать на его присутствие. Брат может что-то заподозрить, он ведь не глуп». – Только чуть более грозное.
Во взгляде канцлера, скользнувшем по ней, мелькнула острая холодная насмешка. Эверихальд в ответ на неё чуть дёрнула уголком губ с намёком на иронию и такую же насмешку.
Позировать пришлось долго, так как перед Тано стояла задача успеть как можно больше за две оставшихся недели – тайные отлучки во дворец из Академии будут слишком рискованной затеей.
«Лорд Раввен обо всём догадался,» - прозвучало в какой-то момент в голове Эвери ментальное обращение, едва не заставившее вздрогнуть от неожиданности. – «Так что от него можно уже не скрываться, леди Аран».
Эверихальд мысленно поморщилась. Общаться с канцлером ей не хотелось, однако и проигнорировать обращение было бы слишком грубо.
«Это было ожидаемо,» - ответила она, - «Он знает достаточно, чтобы сложить два и два, так что я не удивлена».
«Я тоже,» - в мысленном голосе канцлера послышался намёк на улыбку. – «Лорд Ален всегда был достаточно умён. Не то чтобы я не доверял своему другу, но существуют случайности. Так что вам всё равно лучше не обсуждать с ним наш план лишний раз. Как ваши успехи в изучении магии?»
«Наш план», ага, как же! Вернее и честнее уж было бы сказать его план. Однако Эверихальд прекрасно понимала, почему он выбрал именно такую формулировку – показывал, что в этой игре считает её союзником, а не инструментом. И это следовало ценить. С союзниками считаются. Вот только и обманываться не стоило – её положение пока слишком шатко и в данный момент превратиться в инструмент очень легко, а вот обратная трансформация будет сложнее, чем просто укрепление позиций. А потому следовало блюсти предельную осторожность, которая уже измучила до тошноты.