— Они и меня не больно-то слушают. — отбрасываю кафтан на спинку стула. — О, явилась проказница. Открой ей.
Котята приспособились возвращаться ко мне не нормальным путём через двери, им было лень обегать большое наше главное здание, а забирались на раскидистый дуб, росший под окнами моей гардеробной и комнатой служанок, с ветки перепрыгивают на подоконник и начинают скрести лапой по стеклу, чтобы открыли окно и впустили.
В первом детстве мне жутко не нравился звук ногтей по стеклу, потом с возрастом стал к нему равнодушен, а в новом мире опять коробит, чем шельмецы и пользуются. Ведь никто их не учил такому, сами догадались.
— Заходи, Котя. — пригласила Юлька гостью.
Та с важным видом спрыгнула на пол и побежала к открытой двери, за которой в коридоре имелась её миска с кормом.
— Ни здравствуй, ни до свидания, а ведь мы с утра ещё не виделись. — прокомментировал я поведение своей пушистой воспитанницы. — Ладно, сейчас не до них. В общем, Юль, одёжку Николасу, только золото пусть обдерёт с неё и брату Алексу в казну отдаст. Не по Сеньке шапка.
— Господин?
— Говорю, штаб-новику, даже такому красавчику как наш друг, не по чину золотым шитьём хвастаться.
Упомянутый будто только и ждал, что про него станут говорить. Уж, не подслушивал ли он за дверью? Вошёл радостный, словно из вертепа вернулся. Интересно, а у них с Юлькой дошло до близости? Вроде бы ещё нет, но возможно я ошибаюсь. А как же Сергий? Или между Ником и Юлькой просто дружба? Что ж, вполне возможно. Многие, в том числе и моя Даша, не верят в дружбу между мужчиной и женщиной без интима, а я вот встречал несколько раз примеры обратного. Там, правда, были несколько особые обстоятельства, ну, ладно, чего я опять не в ту степь? Степ не в ту степь, каламбур, однако.
Ника вот с утра сразу после завтрака у себя увидеть не ожидал, а он вот он, лыбится стоит. Неужели Карл вернулся? Да ну, ерунда, сомневаюсь, что и к вечеру появится, а скорее всего завтра ближе к полудню, если я хоть что-то соображаю в скорости пешего марша, с моим вассалом ведь идут пленники, а их никто везти не собирался, да и незачем. К тому же, там женщины, дети и откуда-то взявшийся в шайке старик, это не скороходы.
Сам я тащиться с общей колонной не стал, у меня дел невпроворот в монастыре, так что, взял взвод Эрика и отправился домой сразу же после разгрома банды, не оставшись на ночлег. Да уж, эпическое сражение получилось, рота регулярного войска с четырьмя магами, один из которых самый могущественный во всём королевстве, если не на континенте, одержали убедительную победу над такой же численности сбродом из вчерашних крестьян, кандальников и городских оборванцев. Не забыть бы занести эту викторию в анналы истории. Так сказать, в назидание потомкам. Кто там у меня ведёт летопись? Сам брат Валерий? Ага, эту ответственную миссию наш старший библиотекарь никому не доверяет. С чувством сарказма, гляжу, у меня всё в порядке.
— Чего стоим, чего молчим? — хмуро спрашиваю у приятеля.
— Голубиной почтой сообщение пришло! Из столицы! От вашего дяди Андрея! Вице-канцлера! — обрадовал штаб-новик. — Я как раз на голубятне был.
— И что ты там делал, стесняюсь спросить? — хмурюсь ещё больше. — Говорил ведь, если тебе нечем заняться, разрешаю напрямую обращаться ко мне. Так сказать, на правах старой дружбы. Быстро тебе работу найду. Так что там в том письме?
— Ахорские герцоги переругались между собой после поражений, которые им нанёс граф Борнский, и с королём Виталием у них раздрай, в общем, союзники отступают из Кранца, почти бегут!
Угу. Понятно. Это у победы родителей много, а поражение всегда сирота. Едва надежды на богатые трофеи развеялись как туманная дымка с восходом солнца — чёрт, да я ведь тут стал поэтом, пусть пока только в мыслях — войско вторжение собранное из давних врагов, а ахорская герцогская вольница немало крови габарицам попила и, чую, ещё немало попьёт, так тут же возник раздрай. Ожидаемо. Такое развитие событий в беседах со мной предполагали кардинал и виконт Андрей Торский ещё там, в Рансбуре.
— Ну, и чему ты радуешься? — беру из рук Юльки не пострадавший от котят кафтан. — Знаешь, что это означает?
— Что?
— То, что полки Альфонса вернуться в Ронер. Жди скорой войны между нашими родами.
— Так это же здорово! Мы их разобьём! С вами-то! Ваше преподобие, ведь мы же будет участвовать? — спросил и не дождавшись ответа, я молча даю служанке завязывать шнурки на манжетах, повторил: — Ведь будем?
Глупый вопрос. Конечно будем. куда я денусь с подводной-то лодки, в смысле от обязательств перед семьёй и родом? Никуда, правильно. Так что, ещё повоюем. Надеюсь всё же, что случится это не очень скоро. Жаль, пока никаких известий о милорде Джеке нет, но я в него верю. Герцогу Ронерскому не скоро удастся справиться с ним. В победу крестьян не верю, такого ни в нашей земной истории не было, ни здесь. Насмотрелся я уже, что из себя представляет плохо организованное воинство необученных скверно вооружённого сброда. Против профессиональных вояк он конечно может сколько-то выстоять, но рано или поздно всё закончится победой феодалов. До буржуазной революции в Паргее ещё очень далеко, да и возможна ли она в магическом мире? Что-то я сильно сомневаюсь.