Люди, что работали в этом подземном заводе, были пленными разных стран. Узнав, что Красная армия рядом, они стали искать способ связаться с ней. На сбежавшего пленника возложили эти обязанности. Почти двадцать человек — пленных, выехавших на заготовку дров, помогали ему: отвлекали немцев, рисковали, как могли. Побег оказался удачным, и этот человек попал куда надо. Звали его сержант Воторс — англичанин. Он хоть и с акцентом, но неплохо говорил по-русски, до войны учился в Ленинграде.
Задание было несложным. Разведчикам нужно было дойти до леса у моря и в назначенном месте оставить рацию. Каждую неделю, немцы вывозили туда пленных на заготовку леса. Их хорошо охраняли, но в самом лесу пленные ходили свободно в радиусе двухсот — трехсот метров. Подпольная организация подземного завода разработала план. Оставленная за камнем рация попала бы между бревен на завод и оттуда начала бы вести передачу важных и стратегических данных. В последнюю перед побегом неделю, — рассказал англичанин, — немцы заставляли разминировать торпеды. Оттуда извлекалась взрывчатка, которую фашисты хотели использовать при обороне города.
Командование решило тайно вывести пленных, а завод, как можно скорее взорвать. Естественно об этом задании в батальоне никто не знал и Григорий уже в дверях попросил Киселева, чтобы он сказал лейтенанту Титовой о том, что радист ушел в разведку.
— Хорошо. Она наверно и так в курсе. Ольга со старшиной две рации принесла ж. Значит, она знает, что вы уходите.
— Ну, вы все равно объясните ей.
— А что ты так за Титову переживаешь?
— Да не за нее. Она Татьяну знает, сообщит. У нас же сегодня встреча должна быть. Вроде как договорились. Я для чего сапоги начистил?
— А, я думал, в темноте блеск не виден, — подшутил майор.
— Конечно, не виден, но выглядеть-то надо прилично. Вдруг она с вечера меня увидит. Теперь вот измазать пришлось. Сами знаете в начищенных в разведку не ходят.
— Да, от прожектора немецкого могут блик дать, — снова пошутил Киселев. Он похлопал по плечу Григория и спокойно произнес:
— Этот англичанин, вроде нормальный. И дорогу он знает. По нашим данным немцев не должно быть в этом районе, но на войне, сам знаешь. Сейчас небольшие отряды гадов недобитых можно, где хочешь повстречать. Если нарветесь, смотри, слушай ребят.
— Да, нормально все, — вступился Яшка. — Все пошли Гриша, хватит с комбатом сюсюкаться. Я одну рацию беру, а ты давай свою. Все проверил?
— Да, нормально. Эти рации хорошие, только вот две тащить трудно.
— Ничего мы тебе поможем. Пошли, — поторопил его Яшка.
Отряд разведчиков скрылся в темноте. Девушка до рассвета ждала своего радиста-разведчика и только под утро поняла, что он не придет.
Как только у полевой кухни появились бойцы, Титова пришла в штаб. Ей доложили, что комбат попросил две новых рации. Узнав об этом, она прибежала выяснить, что произошло. Разбудила Киселева, но он ничего объяснять не стал. Сухо ответил, что рации взяли разведчики. На дурацкий вопрос: «Когда они вернуться?», он отвечать не стал, а Титова поняла, что на войне подобные вопросы не задаются. Хотела извиниться, но заметила, что комбату уже не до нее. Молодой курносый лейтенантик прибежал и доложил, что его срочно вызывают в штаб дивизии. Очередная новость взбудоражила батальон. Комдиву Палычу присвоили генерал-майора.
Два дня Киселев не возвращался, батальоном командовал новый замполит Суворов. Он ходил по домам с ротными и старшиной, проверял, как бойцы проводят вечернее время. Пьяных не поймал, но некоторые замечания ротным сделал.
Титова расспрашивала всех бойцов, но никто ей ничего не мог рассказать о разведке. Солдаты каждое утро выходили из домов, смотрели на уходящую к горизонту дорогу и рощу. Они ждали разведчиков, но солнце всходило, начинался день, а разведгруппа не возвращалась.
На самом деле только комбат знал, что эта легкая доверенная им разведка затянется дня на три — четыре. День туда, день обратно и день — найти указанное место и оставить рацию. Нужно было еще выждать время, чтобы их никто не заметил. В батальоне их ждали. Все надеялись: и разведчики, и их друзья, что они вернуться к празднику. Оставалось несколько дней, но каждое утро наступало, принося с собой пустоту — ребята не возвращались.
После того как они ушли с сержантом Воторсом, несложное задание превратилось в невыполнимое. Сначала англичанин заблудился. Потом ему просто перестали верить, когда он рассказал, что прошел по заминированной дороге. Санек вообще не ступал ногой, чтобы не проверить неизвестную местность на наличие мин, а тут такое заявление. Сняв пару мин, Яшка доложил командиру группы Воувке, что мины лежат в земле давно, не меньше месяца: их не могли вчера или позавчера поставить. Англичанин, даже если и был везучим, все равно не мог пройти по этой дороге. Позже Воторс объяснил, что в темноте перепутал дорогу. Нашел вторую, параллельную, действительно без мин, но на ней оказался немецкий пост. Его тоже не могли поставить за один день, свежих работ видно не было. Тем не менее, разведчики все же решили пройти в указанный район. Они обошли посты, сделали проходы в минных полях и только к третьему дню попали к указанному месту.