Лиз нагнулась за котомкой, подставив спину палящим лучам солнца.
— И ты тоже, ссученная жаба!
— Я? — непонимающе откликнулась Лиз.
— Ты, бесстыжая шлюха, прикрой свои титьки, побойся Бога! Совсем стыд потеряла!
— Маньяк! — закричал Марвелл. — Маньяк из Первобытной Сцены!
Лиз с облегчением вздохнула.
Скорее всего, обычный таймаутер, а вопит он в припадке бешенства, внушенного чересчур суровой реальностью, — все же какая-то разрядка. Да, слияние клеток довольно устойчиво. Человека поместили на раннюю стадию истории человеческой цивилизации, и он, водимо, до сих пор ощущает себя в том времени. Лиз попыталась определить эпоху. Дым и взрыв? Значит, у него имеется оружие. Черный дым образуется при горении пороха. Снаряд, который он именует пулей, — не что иное, как кусочек металла. Выстрел единичный — значит, оружие примитивное, не автоматическое. Видимо, начало Парового Века, решила она. Но что такое титьки?
— Лиз, прикрой грудь, а то он весь день нас здесь продержит! — заорал на неё Марвелл. — Видишь, он перезарядил свой мушкет!
В просвете между досками блеснул металлический ствол. Дуло простейшего оружия было похоже на черный глаз. Сумасшедший таймаутер может быть опасен. Она быстро накинула на себя мех.
— Так лучше?
— У-у, бесстыжая тварь! Теперь оба ко мне, на опознание! Медленно подходите, паписты, пожиратели младенцев!
Марвелл прищурился от солнца.
— Господи, твоя воля! — сказал он, рассматривая выглядывающее из щели одутловатое лицо законченного алкоголика с распухшим носом. — Знаешь, Лиз, а ведь это чокнутый сержант Хок.
— Что? Что такое? — отозвался надтреснутый голос. — Вы знаете мое имя, жабьи проходимцы! Черт побери, да они дезертиры! Стоять на месте, не то у меня для вас припасена граната!
— Кто-кто? — спросила Лиз.
— Десять шагов вперед! — скомандовал человек с мушкетом и вышел из своего укрытия.
Лиз с изумлением уставилась на его шутовской наряд: пеленая треуголка, ярко-красный плащ, перевязь. Однако оружие было вполне реальным, и зажатый в руке маленький цилиндрический предмет выглядел угрожающе. Граната?
— Делай все, как он просит, иначе взлетишь на воздух! — предупредил Марвелл. — Он думает, что мы его враги. Лиз, умоляю, шагай медленно!
Лиз ступала очень осторожно, следуя указаниям безумца. Титьки? Граната? Сержант?…
Только теперь до неё дошло, кто это, и Лиз невольно всплеснула руками.
— Боже милостивый! Сержант Хок! Сержант прицелился; за мушкетом виднелась его злобная физиономия. Лиз вскрикнула.
— Мы сдаемся! — завопил Марвелл. — Просим пощады! Но сержант и сам опустил оружие.
— Тысяча чертей, не могу я стрелять в бабу, хотя бы и в папистку, во французскую шлюху! — прорычал маньяк. — Можете сесть.
— Садись! — приказал Марвелл.
— Так ведь это компаньон Спингарна! — догадалась Лиз, все ещё не оправившись от удивления. Как же она могла забыть второго члена экспедиции, посланной на Талискер! — Та самая «заблудшая душа», что была со Спингарном в Сцене Порохового Века во время Европейских Осад.
Марвелл со стоном закрыл глаза.
— Да, да! Попытайся его убедить, что знаешь Спингарна.
— Спингарн! Спингарн! — ревел сержант. — Так вы знаете Спингарна? Старого черта Спингарна? И мое имя как будто назвали! И что же вы за приблудные, дьявол вас подери! Ну, говорите, у кого вы пронюхали о двух доблестных гвардейцах королевы Анны? Выкладывайте как на духу, а то я вам устрою испанскую инквизицию!
Марвелл, скорчившись и заложив руки за голову, скатился с холма; за ним последовал его котелок, за котелком — консервные банки. А Лиз застыла на месте, все ещё разглядывая появившегося из-за амбразуры человека. Настоящий дикарь. Ни малейшего проблеска интеллекта, бегающие глазки, узкий лоб, красная, как кирпич, рожа так и пышет враждебностью, — неужели он когда-нибудь принадлежал к цивилизованному обществу? От его гримасы Лиз невольно вскинула руки вверх.
— Сержант… — начал Марвелл.
— Заткнись, ссученная жаба!
Хок перелез через каменный бруствер вблизи сарая, держа наизготове мушкет, я осторожно приблизился к котомке, которая его явно заинтересовала.
— Военный трофей, а? Что там?
— Продукты, сержант, — ответил Марвелл.
— Продукты? А вино? Или хотя бы эль? Выпить ничего нету? Может, какой завалящим голландский ликер?