Потоки божеств из десятков подсознаний вертелись в пустоте. Десять тысяч Имен Бога висели, как огромные шары святости, в черноте Вселенной. Каждое из них торжественно растворялось в сложных семантических узорах ассоциаций, так потрясавших Спингарна раньше. Здесь были символы богов и каждого из их последователей; они кричали, бегали, кланялись, смеялись, благословляли, ругались, богохульствовали, создавали и уничтожали божества, которые усмехались при виде своих собственных храмов и разъедали души последователей.
— Нет, — произнес Спингарн, и Сцена очистилась. Он все понял.
Ты произносишь слово, и таинственная сила вцепляется в него и исследует с пылом маниакального лексикографа. Она раздирала основной смысл слова и показывала, что оно могло сделать. Спингарн схватился за хор отрицаний, последовавших за произнесенным им словом «Нет». Семантический кошмар пробудился к жизни, и таинственная сила ждала, когда Спингарн даст ей очередной кусок знаний, чтобы перенести их в свою собственную жизнь. Спингарн задержал дыхание, чтобы у него не вырвались проклятия; он сдерживал ругательства и вопросы. Спингарн отчаянно пытался сформулировать жизненно важный вопрос из минимального количества слов. Ему нужна была лишь одна вспышка проницательности, которая поможет найти смысл в круговороте фрагментов Сцен Талискера.
— Ты и он, — начал Спингарн, искривившись всем телом от усилий сдержать ненужные слова, — ты создала Принцип Случайности? Ты создала фактор Смены Сцен?
Ответ.
Гордость, восторг, шок самосомнения.
Таинственная сила была сознательным творцом. Она гордилась своими способностями, наблюдая, как начинают оживать заброшенные Сцены. И она действовала рука об Руку с режиссером Игр, освободившим её от оков времени.
Таинственная сила закричала в гневе.
Ты!
Ты сказал, что я найду путь!
Темнота заполнилась пламенем и гневом. Спингарн дрожал от лютой ненависти таинственной силы, похожей в своей обиде на ребенка. Он полз по гондоле над бесчувственными телами своих спутников в поиске человеческого тепла и комфорта, места, где можно было бы спрятаться от потрясения и ярости — чтобы спастись хотя бы на несколько секунд от угнетающего Допроса.
— Не я! — кричал Спингарн в ответ, собирая последние силы. — То была другая личность!
Его слова боролись с потоком ненависти и страха, боли, разочарования и потерь. Они всплывали вверх, как бесчисленные взрывы, в темноте, которую таинственная сила использовала словно свою внешнюю личину; взрываясь, они пробуждались к жизни.
Спингарн поднялся и был стерт.
Возник другой человек — бледный призрак человека, подавленное, покорное и почти полностью растворившееся двумерное существо с размытыми контурами.
— Ты должен иметь дело со мной! — рявкнул Спингарн. — Со мной! Спингарн? Таинственная сила поняла.
— СПИНГАРН! — продолжал кричать Спингарн. Тварь из другой Вселенной узнала его.
— Ты — Вероятностный человек, — предположила она.
— Да!
Еще одно послание повисло в странной пустоте: таинственная сила предложила заключить соглашение.
Работай с Принципом Случайности; прибавь себя к факторам Смены Сцен; действуй в случайной последовательности событий!
— Да, — ответил Спингарн. — Да, да, да! — закричал он. — Согласен!
Глава 23
Тьма рассеялась, и Спингарн услышал вопли своих обезумевших спутников. Он потряс головой, чувствуя, что боль становится все слабее, и внутри него утверждается холодное, ясное намерение. Он готов действовать.
Этель держала его за плечо, её высокая грудь плотно прижималась к его груди. Хок сжимал руки робота, а Гораций все повторял обрывки слов, которые были на губах Спингарна, когда он освободился от кошмара:
— Тайм-аут! Тайм-аут! Тайм-аут! Уберите Сцены вытащите меня!
Спингарн услышал истеричный голос Горация и понял, что он отражает его собственное состояние. Сейчас он знал, что и таинственная сила испытывала то же самое чувство.
Когда Спингарн отчаянно вопил посреди красной грязи под Турне — когда рядом с ним разбрасывал искры запал и приближался блестящий, обагренный кровью меч, — когда он кричал, чтобы его вытащили из Первобытной Сцены — когда это было? Он прошел через такие же испытания, что и таинственная сила, потому что она тоже пыталась взять тайм-аут!
— Выйти! Я хочу выйти! — ревел Хок в ухо Спингарну.
Он тоже слышал таинственную силу и повторял её испуганный призыв! Сержант глядел па Спингарна и Этель и все повторял требование. Затем он понял, что произносит не свои слова.