— Значит, Спингарн там, на Талискере? — спросила Лиз.
— Да, и с ним ещё несколько тысяч человек, — проворчал Денеб. — И хоть бы один показался! — продолжал он сердито. — Никого! Если бы хоть кто-то уцелел, сканеры непременно выловили бы его.
Как бы в подтверждение его слов сканеры настойчиво прочесывали планету в поисках каких-либо признаков жизни, но, видно, от былого Талискера остались одни обломки.
— Но где же он?! — не унималась Лиз. — Он вернулся?
Директор взмахнул рукой, и экран засветился безжизненным голубоватым светом. Талискер исчез.
— Вернулся робот с информацией о структурно-клеточном механизме, который мог бы дать обратный ход экспериментам Спингарна с кассетами.
— С кассетами?
Лиз была окончательно сбита с толку. Какое отношение кассеты памяти имеют к случайным процессам?…
— Спингарн послал робота? — ухватился за последнее сообщение Марвелл. — Того самого посредника, которого он взял с собой для связи с таймаутерами?
— Того самого, — подтвердил Директор. — Робот вернулся с информацией о так называемом генетическом коде. И она пригодилась.
— А Спингарн? А девушка, которая была с ним?
— Испарились, — ответил Денеб.
Лиз лихорадочно обдумывала услышанное. Она кое-что знает о Спингарне и о Талискере, давшем начало Сцепам, но все остальное покрыто мраком неизвестности. Лиз вспомнила, как в приемной Марвелл перекинулся с гуманоидом несколькими фразами об изменениях клеточных структур в организме Директора. Неужели человека можно превратить в змею, а потом, воспользовавшись какой-то информацией, доставленной роботом с Талискера, вернуть ему человеческий облик? «Стой! — приказала она себе. — Сперва отыщи в этом хоть какую-нибудь зацепку, а потом тщательно все обмозгуй и делай выводы».
— Когда вернулся робот? — спросил Марвелл.
— Год назад, — ответил Денеб.
— Петый год?! Так что же он задумал? — настаивал Марвелл. — Что рассказал робот о происходящем на Талискере? И о Спингарне?
Директор уклонился от прямого ответа.
— У меня были сомнения на ваш счет, Марвелл. — Он поджал влажные красные губы. — Вы допустили целый ряд маниакальных ошибок. Но компьютер заверяет, что лучшей кандидатуры нам не найти, могу ли я с ним не согласиться?
— Я?…
Марвелл сразу сник, и Лиз поразилась, до чего же бедное у него воображение! Она ободряюще стиснула его руку. Неужели он не понимает, какие перед ним открываются перспективы?
— Да, вы. Вы, Марвелл.
— Взгляните на дело с другой стороны, Марвелл, — рассуждал Денеб. — Вы в состоянии помочь нам всем. Здесь необходима ваша специальная подготовка. Вы замените Спингарна на Талискере, возьмете под контроль элемент случайности, вступите в единоборство с таинственной силой, которая и есть причина всему…
— С таинственной силой?! — задохнулся Марвелл.
У Лиз Хэсселл засосало под ложечкой; ощущение было такое, будто она протянула руку в темный провал и обнаружила, что рука оказалась где-то за его пределами, а мозг, направляющий руку и все тело, — за пределами мысли, за гранью всего пережитого опыта. Таинственная сила! И этим все сказано, больше ни одного намека! Стой, Лиз, не торопись!
— Доставьте сюда робота, — приказал Директор. Денеб поднялся.
— Так вы меня… — Марвелл все никак не мог оправиться от потрясения. — Меня… хотите послать на…
— Талискер, — закончил Директор. — Вас вместе с мисс Хэсселл.
Лиз похолодела, кровь отхлынула от лица. Она резко выдернула свою руку из руки Марвелла и собралась бежать прочь, но застыла как вкопанная — перед ней выросла длинная задрапированная красным переливчатым бархатом фигура.
Робот раскланялся с присутствующими, словно шикарная модель из Сцены Элегантности.
— Ах, нет! — выдохнула Лиз и без чувств упала на руки Марвелла.
Глава 3
И часто она выкидывает такие фортели? — раздался голос.
Лиз открыла глаза. Марвелл заботливо поддерживал ее; на одутловатом лице отразилась тревога. Последняя фраза принадлежала, видимо, Директору.
— Она впервые видит посредника таймаутеров, — объяснил Марвелл. — Должно быть, вид Горация её испугал.
Лиз хотела было что-то сказать, но из её уст послышался лишь слабый стон.