Нет, точно издевается. Стоп. Откуда он знает про печальный опыт?
- Удивляешься, почему я так говорю? Я просто знаю фэрхов – обычно фэрхи твоего возраста, - тебе ведь лет семнадцать, правда? - очень любопытные и… эээ… любвеобильные. Для них запретов просто нет – ни один бы не отказался от такого полезного и интересного опыта. А вот лет через десять, когда нагуляются, примернее и вернее Супругов не найдёшь.
Я сидел, опустив голову, и чувствуя, что медленно превращаюсь в перезрелый помидор. Ничего себе порядочки у меня на предполагаемой родине! Я что, тоже должен буду вести себя так? Не хочу!
- Эй, Экор, ты что? – обеспокоенно спросил обернувшийся Фехт, как выяснилось, внимательно прислушивавшийся к нашему разговору, - не бойся, тебя никто не заставит делать то, чего ты не хочешь.
- Прости, мальчик, - произнёс Ольсарий, - я не думал, что тебе пришлось так худо. Прости меня за неуместные речи. У тебя всё будет хорошо, поверь. И в знак моего извинения прими мой дар. Ургау!
Прежде чем я успел хоть что-то вякнуть против, от группы воинов отделился один – черноволосый, на чёрном, как ночь коне. Выглядел он моим ровесником или чуть постарше, но был такой… такой необычный – со смуглой кожей, отсвечивавшими яркой зеленью глазами и шикарными чёрными ушками, в каждом из которых было по паре серёжек-колечек. И мускулы… Да я ж от зависти скончаюсь – вот это понятно, телосложение, а не как у меня – теловычитание. И хвостище – большой, великолепный, антрацитово-чёрный и пушистый. Это что, дар? Вот этот парень? Не-не-не.
Ольсарий, продолжавший оставаться невозмутимым, заявил:
- Это Ургау. Он будет служить тебе верой и правдой столько, сколько пожелаешь. Если его служба будет тебе не нужна – просто отпусти его, и он сам найдёт дорогу ко мне.
Что значит – «если будет»? Мне и сейчас никаких котов не надо! Даже говорящих и таких красивых! Ой, а о чём это я?!! Караул! Весна, гормоны, недотрах делают своё чёрное дело! Но чтоб на котов тянуло?!! Поздравляю вас, батенька, вы зоофил… Ой, ой, ой…
Видно на моём лице отразилась такая гамма чувств, что сидевший напротив меня и явно наслаждавшийся ситуацией Скарелл, заявил:
- Нехорошо отказываться. Телохранитель у тебя будет отменный, да и за малышом Икой будет нужен глаз да глаз. Соглашайся.
Я заколебался, но тут Ика приоткрыл один глаз и в голове у меня прозвучал знакомый голосок:
- «Возьми котика. Он нам пригодится».
После чего маленький вреднюга закрыл глаз и продолжил дремать, по обыкновению не заморачиваясь лишними объяснениями.
И что прикажете делать? Ничего мне не оставалось, как поблагодарить Ольсария и улыбнувшийся мне Ургау занял место справа от повозки. Та-ак. С этим «подарочком» я позже разберусь.
- А можно ещё вопрос? – поинтересовался Скарелл.
- Конечно можно, юноша, - улыбнулся прямо-таки лучащийся добродушием Ольсарий.
- А откуда взялся Ягодка? Официально на Ферме вы его взять не могли – он слишком маленький. Да и Ольсена вы от всех прячете. И не принято мальчикам его возраста обзаводиться Источниками.
- Всё правильно, - ответил Ольсарий, - Ягодка попал ко мне случайно, ещё младенцем, десять лет назад. Не могу сейчас рассказать всех обстоятельств, но ему угрожала гибель. И я далеко не сразу понял, что малыш – Источник, и довольно мощный. А Ольсен добрый мальчик, привязался к нему, как к родному, неудивительно, что когда малыш стал проявляться, как Источник, он запечатлелся на Ольсена. Но Магические способности одного и Сила другого ещё до конца не раскрыты – поэтому их и смогли схватить разбойники, иначе не помогли бы им посторонние заклятья.
Ага, теперь понятно. И нехарактерное для местных Магов поведение Ольсена, когда он сдался разбойникам из-за опасности, угрожавшей Ягодке, становится ясным. Он просто привязан к своему Источнику, как к младшему братишке – вот и не захотел бросать его в лапах разбойников. Но, однако, каков Ольсарий – честное слово, он мне интересен всё больше и больше.
Между тем, за нашим разговором, я и не заметил, что лес кончился и сменился плоской как блин, на удивление скучной степью с чахлой травой и редкими кустиками. Это, как я понял, и были знаменитые Приграничные Пустоши. Мы продвигались вперёд, пока не начало темнеть, и тогда Лорик, уже несколько раз привстававший на стременах и нетерпеливо высматривавший что-то впереди, резко выкрикнул:
- Прибавьте ходу! Вот и Маяк! Здесь мы и заночуем! Прибавьте ходу, пока совсем не стемнело!
========== Глава 68. Пустоши. ==========
POV Дальрина.
Отвлёкся я после спасения маленького Мага, когда появился его отец, оказавшийся тем самым Ольсарием Чокнутым. Хотя… этот Чокнутый выглядел и вёл себя как на диво вменяемый Маг. Я мысленно сравнивал его со Скатаром, Вингорхом или… Дальхемом и поражался – сравнение было отнюдь не в пользу последних. Похоже, среди глинтийских Магов разные степени безумия считаются нормой, а вот нормальное поведение – безумием.
И воины его… Они меня просто поразили. Ничего подобного я не видел никогда. Но, может быть, в подвалах его замка имеются куда более неприятные и зловещие творения его Магии – не зря же про него рассказывают всякие ужасы.
«Во всяком случае, он не отдал бы сына на поругание и издевательства, как Скатар, даже если бы тот был и в самом деле виноват», – прозвучала в голове на удивление отстранённая мысль. Да, мне показалось, что Ольсарий не из тех, кто будет любой ценой спасать свой зад, подставляя близких. И Великого Господина он заставил считаться с собой… Мне в голову вдруг забрела совершенно крамольная мысль – да, Великий Господин поразительно силён. Да, предположим, что он стихийный Маг. Но если бы все остальные Маги Глинтии не тратили бы своё время на зависть и злобу, козни и вражду друг с другом, перестали бы ползать на брюхе перед Великим Господином, а объединились бы против него и восстали… Магов много, он бы не выстоял один против всех. А значит… Значит Маги сохраняют до сих пор существующее положение потому, что оно их устраивает. Ведь проще считать, что все несправедливости – дело рук Великого Господина, чем самим решать собственную судьбу и быть честными и справедливыми.
Однако, пока я так философствовал и ехал, погружённый в себя, краем глаза отмечая, что Сканти активно охмуряет Лорика, а тому это похоже очень даже нравится, за нашими спинами кое-что происходило. И Сканти, узрев это «кое-что» толкнул меня в бок:
- О, погляди, какой Ольсарий подарок Экору сделал!
Я оглянулся и спросил Сканти:
- Ты о чём?
- Я вон о том чёрном коте, который едет рядом с повозкой. Ольсарий только что подарил Экору великолепного телохранителя!
Я умудрился скосить глаза, не слишком выдавая свой интерес к творящемуся сзади. Парень-кот, едущий рядом с повозкой меня впечатлил – черноволосый, зеленоглазый мускулистый красавчик, с ушами и пушистым хвостом, гибкий, как …кот. А как же ещё? Вот напасть на мою голову! Парень просто потрясающий! А если он …понравится Экору? И Экор захочет … с ним… Нет! Я же тогда с ума сойду! А ведь до сих пор я не думал, что Экор вполне может влюбиться… или захотеть кого-то другого. А ведь если он так поступит – какое у меня право требовать от него любви? Для него я просто друг. Видно все эти мысли отразились на моём лице так явственно, что Лорик с сочувствием произнёс:
- Не стоит так переживать. Если ты будешь достаточно терпелив и настойчив – у тебя всё получится. Ты ведь не думал, что завоевать сердце того, кого любишь, будет так легко, учитывая все обстоятельства, которые ему пришлось пережить?
Я только вздохнул в ответ. Я готов ждать сколько угодно. Я готов бороться за свою любовь. Но что я смогу сделать, если Экор, в конце концов, выберет не меня?
Такие невесёлые думы одолевали меня, когда кончился лес и начались Приграничные Пустоши. Стало заметно темнее, и мы заторопились. Особенно Лорик, который явно искал какой-то ориентир, ведомый лишь ему одному. И, кажется, нашёл.