Сидящий на драконе воин протянул руку вниз, и вновь свернула молния и грянул гром! И ближайший уличный фонарь со звоном разлетелся на мелкие осколки!
***
Разнеся метким выстрелом уличный фонарь, Урфин убрал револьвер в кобуру и негромко произнес:
— Крок, валим отсюда.
Уловив воздушный поток, птерокодил спланировал и набрав высоту взял курс на север.
— Не, бать, шпалер у тебя — вааще огонь! Я-не-я! Вааще круть! Реально круть! Ща ещё Аргут орудию замастырит, и мы вааще тут всем просраться дадим!
— Эт точно, Крокодрошенька! Ещё как дадим!
— Батяня, это самое, в моей глупой башке появилась умная мысля! Отвечаю, бать, реально умная!
— Излагай, Кроко, излагай!
— Там Аргут большие бонбы мастырит для здоровых дураков! Дело, конечно, хорошее, только я, бать, вот чё подумал — мы бы с тобой тоже могли поураганить!
— Это ещё как, Крокодроша?
— А с собой в полёт бонбав взять! Вот к примеру, на какой-нибудь башне стоит какой-нибудь шибко поганый стреломёт! А мы над ним пролетим, и бонбай его сверху, паскуду! Шик!
— А ведь реально шик, Кроко! Реально! С дюжину бомб ты у меня точно утащишь. А там только поджигай да сбрасывай! А если фитили подлиннее сделать, то можно сбрасывать с большой высоты, где никакой стреломёт и любая прочая хрень не достанет!
— Точняк, батяня! Ну котелок у тебя реально кипятит! Это ж мы сможем абсолютно безопасно долбить любую сволочь! Вааще шик!
***
Берлога, Бурый и Сопля уже знали о том, что майор Фендол увёл свой полк в Страшбург. Однако, вожди восставшего Нигада не торопились атаковать эту крепость. Да и до прихода дуболомов Ельведа местные вооружённые формирования мало годились для штурмовых действий. Ну а далее на чёрных крыльях прилетел приказ из «Центра» — готовить войска и ждать.
В начале восстания не только обычным горожанам, но и народным вождям было, мягко выражаясь, ссыкотно. Но затем, когда в город прибыли 23 здоровенных дуболома, боевой дух повстанцев заметно повысился. А когда стало известно о том, что Ельвед победил в поединке самого́ грозного Штальхолцфаллера, тут уж самые упоротые пессимисты уверовали в победу восстания.
Ещё более полувека оставалось до того момента, когда будет высказана блестящая мысль о том, что всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться. Однако, реализация этой идеи уже воплощалась в жизнь. По крайней мере, в Нигаде. Город был разделён на четыре части. Каждая из этих частей отвечала за свой участок обороны городских укреплений. Над каждой частью стоял свой избранный голова. Каждую улицу возглавлял старшина, которого тоже выбирали всей улицей. Таким нехитрым способом структурировалось народное ополчение Нигада, которое возглавлял Бурый. Также, был сформирован полк пятиротного состава — главная военная сила города, которой командовал Сопля.
Весь город усиленно готовился к отражению нападения. Оно, конечно же, не факт, что это самое нападение будет иметь место быть, но в данной ситуации гораздо важнее быть готовым, чем застигнутым врасплох. Ну и плюс, всеобщая совместная деятельность сплачивала горожан, а также отвлекала их от всяческих дурных мыслей и сомнений.
А затем в город нагрянули дуболомы…
Тяжелее всех теперь было Сопле и его парням. Ельвед получил капралу Егину обучить военному делу настоящим образом городской полк, так что личному составу этой воинской части теперь можно было только посочувствовать. Сопля пытался жаловаться Бурому и Берлоге, однако медный гигант был непреклонен, поскольку по его деревянному представлению тот, кто назвался военным, должен всецело соответствовать этому гордому званию.