Заняв столицу, Кагель отправил полк мигунов на северо-восток страны в Нигад. Этот город являлся ближайшей точкой к ЛС и должен был стать главной операционной базой для наступления на Замок Людоеда, где, как полагал штаб ОАСМ, и укрывается Урфин и его дуболомы.
Ну и естественно, что первыми в лес саблезубов должны были войти именно мигуны. Ну во-первых — их не так жалко, как своих арзалов, а во-вторых — пришельцы из Фиолетовой страны не испытывали такого панического ужаса перед Лесом Смилодонов, как местные.
А теперь, по приказу Штальхолцфаллера, майор Тастер вывел свой полк из Нигада и повёл его в город Сосенки, что на юго-востоке Блюланда. С одной стороны, сосновый бор, возле которого располагался этот город, граничил с Лесом Смилодонов и оттуда тоже можно осуществлять вторжение во враждебную пущу. Вот только от Сосенок было очень далеко до Замка Людоеда, да и звериная дивизия должна была осуществлять наступление на направлении той же южной окраины ЛС. А замысел Чарли Блека, который должен был осуществить Кагель, заключался именно в том, чтобы зажать лесной массив саблезубов в клещи с двух сторон — с северо-запада (полк Тастера) и юго-востока (дивизия Смелого Льва). Теперь же этот план рушился. Заставить арзалов или местных войти в ЛС было практически нереально, а значит становился невозможным быстрый бросок к Замку Людоеда. И все эти зихера ЖД начал отмачивать на завершающей стадии развёртывания.
Кагель был посвящён Блеком во все детали операции. Таким образом, полковник знал, что после того, как звериная дивизия форсирует Большую, переправа будет смыта и станет причиной наводнения. И наводнению должна подвергнуться южная часть ЛС. Поэтому держать на этом направлении ударный полк не было никакого смысла.
Таким образом, Кагелю приходилось приспосабливаться под текущий момент. И теперь, полк местных вояк ускоренным маршем направлялся в Нигад. Командовал полком майор Фандол — бывший командир роты копьеносцев, который всё-таки сделал карьеру при новой власти.
Однако, в данный момент Кагель даже не представлял всего масштаба катастрофы, поскольку полк майора Фандола мог достигнуть Нигада не раньше чем через четверо суток, а переправа через Большую будет готова в ближайшие часы, и тогда дивизия Смелого Льва начнёт переброску на левый берег. А ведь, согласно плану, полк мигунов должен был начать наступление через 48 часов после вторжения Смелого Льва в Лес Смилодонов. А теперь в Нигаде не было никаких мигунов, а направляющийся туда полк сможет начать вторжение с опозданием на двое суток минимум. Причём, сможет начать исключительно теоретически, а вот как поведут себя живуны на месте - было совершенно неизвестно. В общем, тщательно проработанный план компании разваливался на куски.
* * *
Майор Фандол шёл в авангарде колонны вместе с ротой лучников лейтенанта Агиртона. Комполка личным примером задавал темп движения колонны. Голова новоиспечённого майора сильно потела под шлемом, а тело жутко чесалось под кирасой, однако он не подавал виду и старался стойко переносить тяготы и лишения воинской службы. Ну, по крайней мере, на глазах подчинённых приходилось вести себя именно таким образом. Лучники в лёгких кольчугах не испытывали такого же дискомфорта от путешествия, как их коллеги арбалетчики, и уж тем более копьеносцы. Последним, закованным в латы и тащившим помимо копий и коротких мечей ещё и тяжёлые щиты, было тяжелее всех.
Лучники весело балагурили. Все они были матёрыми охотниками и привыкли много ходить. Причём, ходить по лесу, а сейчас марш по ДВЖК казался им лёгкой прогулкой. Вес полных стрел колчанов, а также их больших луков, был им вполне привычен. Правда, их прежние охотничьи луки были гораздо легче, но и к большим боевым метательным аппаратам они быстро привыкли. Ну а звон кольчуг добавлял некоего брутального шарма их маршу. Именно поэтому лучики вполне позволяли себе шутить.
Вслед за лучниками шла рота копьеносцев, которой совсем ещё недавно командовал нынешний комполка. Фандол периодически пропускал лучников вперёд и подбадривал своих ощетинившихся копьями латников.
Далее двигалась более менее обученная пехотная рота из Тарвилля, чьи солдаты были вооружены копьями и арбалетами. Следующие две роты тоже имели в своём составе два взвода копьеносцев и взвод арбалетчиков. Вот только в отличие от тарвилльской роты, эти два подразделения состояли сплошь из плохо обученных новобранцев и боевую ценность имели околонулевую.