Выбрать главу

22 августа со мной снова лишняя возня,- пуля попала мне ниже затылка с правой стороны и на вылет в правую щеку. Я снова лежу в тачанке. Но это же ускоряет наше движение. 26 августа мы принимаем новый бой с красными, во время которого погибли наши лучшие товарищи и бойцы – Петренко-Платнов и Иванюк. Я делаю изменение маршрута и 28 августа 1921 г. перехожу Днестр. Я – за границей…"

1

Историю женитьбы Махно, рассказанную Герасименкой, по имеющимся печатным материалам подтвердить не удается. Вообще правдивость этой истории под большим сомнением. Но является ли она одной из тех многочисленных легенд, которые витали вокруг имени Махно? И имя жены Махно не Соня и не Нина Георгиевна.

Между прочим, Я. Яковлев в своей брошюре: Русский анархизм в великой русской революции цитирует дневник "жены Махно, учительницы Федоры Гаенко, захваченной в одном из боев с Махно. Борис Пильняк в рассказе Ледоход, напечатанном в третьей книжке журнала "Русский современник" за 1924 год называет жену Махно Марусей, заставляет ее говорить по-английски и также цитирует ее дневники (вероятно по тем же оригиналам, что и Яковлев), "захваченные в бою командиром Эйдеманом, в бою, где она была убита" (?!) А сподвижник Махно и ближайший его помощник П. А. Аршинов пишет что Махно с 1918 г. женат на Галине Андреевне Кузьменко, которая жива до сих пор и которая никогда личного дневника о Махновском движении не вела и не теряла. Где же правда в этой путанице?

Кстати укажем, что в той же повести Борис Пильняк вывел известного анархиста Волина, воспитателя Нестора Махно и активнейшего главу махновщины. Волин изображен в повести простачком-теоретиком, приехавшим впервые к Махно в 1920 году "для научной работы". К сведению Пильняка сообщим, что Волин знал Махно еще мальчишкой и на каторге, и никакую научную работу председатель реввоенсовета махновской армии (должность Волина) вести не собирался. Под конец повести у Пильняка Маруся убивает Волина - "неизвестно почему". Но ведь Волин жив до сих пор и обретается за границей!

Почти подобную сентиментальную литературную стряпню, сплошь построенную на выдумке, мы находим в романе: Батько Махно молодого французского писателя Ж. Кесселя. Роман этот входит в состав только что вышедшего в Париже сборника его произведений "Мятежные души". Героиня романа - мифическая курсистка-еврейка (ср. у Герасименки), пленившаяся его "нечеловеческими страданиями" на которге во времена царского режима и ставшая его женой.  

(обратно)

2

 Об истории, причинах и политике соглашения советской власти с Махно тов. Я. Яковлев, тогдашний представитель правительства УССР в переговорах с Махно, в своих воспоминаниях пишет следующее:

"Политическое положение советской власти на юге становилось все более критическим. Советской России и Украине угрожала реальная опасность. Захват Врангелем Донецкого бассейна означал бы остановку железных дорог и непоправимый удар республике. Рабочая и трудящаяся масса делает по-прежнему свой выбор: за советскую власть – против Врангеля и Пилсудского. Белогвардейские результаты работы Махно все более обнаруживаются. Врангель широчайшим образом популяризирует Махно как своего сотрудника и помощника. Белогвардейские партизанские отряды, формируемые Врангелем, действуют под Махновским флагом. Появляется целый ряд врангелевских командиров, вроде Яценко, которые действуют как командиры партизанских отрядов "имени батьки Махно". Этими командирами выпускаются воззвания, где нет уже ни слова о безвластном обществе, зато есть очень много слов о русской армии Врангеля, о святой Руси и необходимости беспощадно бить комиссаров, коммунистов и жидов.

В самих махновских частях, утомленных непрерывной, безуспешной и безрезультатной борьбой с советской властью, начинается брожение. Махновским генералам от анархизма грозит опасность превратиться в генералов без единого солдата. Еще неделя такой непримиримой политики к советской власти, и махновцев будут гнать из каждого села, к махновцам крестьяне будут относиться так же, как относятся к Врангелю. Махновские низы требуют соглашения с советской властью.

Перед анархическими вожаками встает вопрос: или, следуя резолюциям последней конференции "Набата", продолжать свою роль авангарда врангелевской армии, или попытаться, хотя бы на время борьбы с Врангелем, хотя бы для вида, войти в соглашение с советской властью.

Анархо махновцы выбирают второе.

В октябре 1920 года махновский реввоенсовет обращается в реввоенсовет Южного фронта с предложением своих услуг в деле борьбы с Врангелем на основе оперативного подчинения командованию Красной армии.

Советское правительство и военное командование Красной армии принимают это предложение Махно.

Это предложение Махно принимается, чтобы:

1) освободить тыл Красной армии от махновских отрядов, во имя немедленной победы над Врангелем;

2) чтобы еще и еще раз показать средним слоям украинского крестьянства, что борьба советской власти с Махно означает не борьбу с трудящимся крестьянством, а с кулаческой противосоветской верхушкой махновщины.

Советское правительство Украины и военное командование учитывали возможность и даже неизбежность нового выступления Махно против советской власти, но в то же время ясно сознавали, что это новое выступление кулацкого батьки оставит за Махно даже из тех 12 000 партизан, которые шли еще за ним, лишь сотни и окончательно изолирует его от украинского села.

Командующим Южным фронтом Фрунзе и членами реввоенсовета Южного фронта Бела-Куном и Гусевым с уполномоченными совета и командования реввоенсовета повстанцев махновцев Куриленко и Поповым подписывается соглашение по военному вопросу,

(обратно)

3

 Историю убийства Григорьева Н. В. Герасименко рассказывает совершенно неверно. Убийство произвел сам Махно, а не Лященко, и произошло оно 27 июля 1919 года в селе Сентове. Вот как описывает этот факт ближайший помощник Нестора Махно, анархист П. Аршинов:

"27 июля 1919 года в селе Сентове, близ Александрии, Херсонской губернии, по инициативе Махно был создан съезд повстанцев Екатеринославщины, Херсонщины и Таврии. Согласно программе работ, съезд должен был наметить задачи всему повстанчеству Украины в связи с моментом. Съехалась масса крестьян и повстанцев, отряды Григорьева и части Махно; всего до 20 000 человек. Докладчиками были записаны Григорьев, Махно и ряд других сторонников того и другого движения. Первым выступил Григорьев. Он призывал крестьян и повстанцев отдать все силы на изгнание большевиков из страны, не пренебрегая в этом деле никакими союзниками. Григорьев не прочь ради этого соединиться с Деникиным. После, мол, когда иго большевизма будет низвергнуто, народ сам будет видеть, как ему устроиться. Заявление это оказалось роковым для Григорьева. Выступившие немедленно после него махновец Чубенко и Махно указали на то, что борьба с большевиками может быть революционна только в том случае, если она ведется во имя социальной революции. Союз с злейшими врагами народа – с генералами-будет преступной авантюрой и контрреволюцией. К этой контр-революции зовет Григорьев, следовательно, он – враг народа. Затем Махно публично перед всем съездом потребовал Григорьева к немедленному ответу за чудовищный погром, совершенный им в мае месяце 1919 года в Елисаветграде, и за ряд других антисемитских действий. "Такие негодяи, как Григорьев, позорят всех повстанцев Украины, и им не должно быть места в рядах честных тружеников революционеров". Так закончил Махно свое обвинение Григорьеву.

Последний увидел, что дело принимает для него страшный конец. Он схватился за оружие. Но было уже поздно. Семен Каретник, ближайший помощник Махно, несколькими выстрелами из кольта сбил его с ног, а подбежавший Махно с возгласом "смерть атаману" тут же застрелил его. Приближенные и члены штаба Григорьева бросились было к последнему на помощь, но на месте были расстреляны группой махновцев, заранее поставленной на страже. Все это произошло в течение двух-трех минут перед глазами съезда" (см. П. А. Аршинов, История махновского движения, предисловие Волина, издание "Группы русских анархистов в Германии", Берлин, 1923 г., стр. 133-134; об убийстве Григорьева Махно см. также статью Л. Троцкого: Махно и другие, в 1 книге том II издания "Как вооружалась революция", стр. 254).

(обратно)