Он запретил мне сдвигать ноги. Его язык неторопливо забрался в меня, нежно и скользко, поигрывая с моими нижними губами.
Его движения залили меня красным пламенем вожделения. Я посмотрела вниз, и от его головы, что двигалась между моих ног, возбудилась до предела. И думала что сейчас точно начну стонать слишком громко.
Ференц внезапно остановился. Он поднялся и забравшись под одну из подушек, вынул четыре черных шелковых ленты.
— Для чего оно? — выдохнула я.
— Хочу сделать нашу ночь еще более незабываемой. — облизнулся он. — Не бойся, больно не будет.
И больно не было. Он попросил меня сесть на колени и развернуться к нему спиной.
Когда я так и поступила, он взял мои запястья и связал их у меня за спиной. Вторая лента ласково легла на мои глаза. Его руки завязали ее безболезненно.
Третьей он завязал мне рот.
Четвертую я ощутила на своей шеи.
Ференц отодвинул мои волосы, и прикусив мочку моего правого уха, завязал ленту. Появилось слабое ощущение стягивания горла.
Теперь мне оставалось только ждать когда мой муж приступит к дальнейшим действиям. И почему-то мне не было страшно. Только любопытство, и желание чувствовать его рядом до бесконечности, владело мной.
Несколько секунд он водил языком по шее, оставляя влажный след.
Он убрал его и взял за шею правой рукой.
— Наклонись. — прошептал он.
Под его управлением мое тело оказалось согнуто. Ноги стояли на коленях, а лицом я упиралась между подушек. Странная поза, сделавшая меня полностью открытой перед ним.
Он неторопливо начал входить, заставляя сжаться от болезненной страсти. В какой-то момент он замер, словно его нечто задержало. И неприятная боль прошлась по нутру.
Вероятно, первый раз всегда так…
После он продолжил движение, постепенно ускоряя темп.
Он вплотную прижал меня к себе, склонившись перед этим.
Что-то незаметно изменилось в нем. Сложно дать точное описание. Словно тело Ференца претерпело странное изменение: он, кажется, стал больше. Его грудь, торс и руки увеличились, и его плоть внутри меня тоже.
— Лиза… Ты слишком горяча… — прошептал голос графа Кардоса.
Возможно, мне только показалось. Все происходящее уже воспринималось мной разнузданным сном.
Думаю, все так и было. Все от начала и до конца. Только сон. Потому что я помнила что Ференц не желал проводить со мной первую брачную ночь. И когда прозвучал голос графа, а его тело стало соответствовать голосу, я немного испугалась. Но и безумная страсть жгла меня.
Мне кажется, в тот момент, когда его движения стали совсем быстрыми и невыносимыми, я расплакалась от своей слабости.
Если то был сон, то очень ужасный! Потому что я не желала чтобы граф находился внутри меня. Искренне хотела избавиться от того скользкого и липкого чувства, когда оказываешься в очень узком и мокром пространстве, которое доставляет тебе возбуждающее ощущение. Хочется сбежать. Освободиться. И нет сил…
Я больше не могла владеть собой. Тело не слушалось. Оно все сжалось в одну точку. Этой точкой было горячее тело графа, его ласки и движения. Мое хрупкое тело все дрожало, будто хрустальный бокал, наполненный чем-то вязким и обжигающим. Мой разум разразился вспышкой, которая принесла запретное наслаждение.
Именно запретное. Потому что какая-то часть меня осознавала что это измена. Что именно граф Кардос занимался сейчас со мной любовью а не мой законный муж. И что самое постыдное… другой части меня, более темной и злой, о которой я ранее почти не ведала, нравилось происходящее. Другая я купалась в этом экстазе, пуская слюни изо рта, и дыша чувственно и громко.
Он вышел из меня. Его сильные руки отпустили мою шею, перебрались на талию и одним движением подняли меня обратно на колени. Теперь я не полулежала, но уже полу стояла.
— Лиза, если я развяжу тебе глаза, согласишься ли ты принять тот сон, который узришь? — сладко прошептал граф мне на левое ухо.
Тяжело дыша, я боролась сама с собой. Я хотела отрицательно мотнуть головой, но темная я была сильнее в тот момент. Она завладела мной и кивнула в ответ.
Повязка ослабла и мои глаза были освобождены. Нехотя я их открыла.
Но куда делась моя спальня? Ее больше нет. Вместо нее была иная комната. Черная, с золотыми рисунками на стенах, потолке и полу.
Руки Кардоса медленно развернули меня. И я увидела его. Это действительно был он а не Ференц!