— Анна Глебовна тоже не робкого десятка, она тоже хлебнула лиха в плену у татар, — настаивала на своём Славомира, забыв про еду и питьё. — Сын Анны Глебовны, княжич Ярополк, пал доблестной смертью, защищая Переяславль-Залесский от Батыевой орды. Токмо за это Анна Глебовна должна быть вызволена нами из лап поганых мунгалов! Не все наши князья вели себя так отважно, как княжич Ярополк, поэтому недопустимо, чтобы его мать терпела лишения и унижения в неволе у татар. Слышите, недопустимо! — Славомира, разгорячившись, ударила кулаком по столу, опрокинув чашу с медовой сытой.
— Ладно, угомонись, красавица! — строгим голосом произнёс Иванко. — Сядь. Будь по-твоему, коль жива ещё Анна Глебовна, обменяем её на имовитую мунгалку.
Иванко вызвал своих гридней, повелев им привести пленную татарку в трапезную.
Дружинники расторопно исполнили повеление посадника.
Поскольку Чулуун была ранена в бок копьём, гридни усадили её на стул, а сами встали у неё за спиной на всякий случай. Лекари наложили повязку на рану Чулуун, было видно, что любые резкие движения доставляют пленной богатырше сильную боль.
Иванко и все его сотрапезники с нескрываемым любопытством воззрились на могучую пленницу, одетую в распашной, прилегающий в талии суконный халат тёмно-лилового цвета, имеющий с правой стороны разрез от талии до нижнего края подола. Широкие в проймах рукава этого чапана заметно сужались к запястьям. Халат был плотно запахнут на пленнице слева направо и стянут узким поясом. На левом боку чуть выше талии на халате темнело большое пятно засохшей крови и виднелась дыра от удара копьём. Длиной халат был чуть ниже колен, по бокам на нём имелись разрезы для езды верхом. На ногах у пленной богатырши были штаны из толстой ткани, заправленные в короткие сапоги, сшитые из волчьих шкур мехом наружу.
На вид раненой монголке было чуть больше двадцати лет. Она была довольно высока ростом и очень широка в плечах. Ширина её бёдер была заметно меньше ширины её плеч. Смуглое лицо пленницы имело форму заострённого книзу овала, у неё были довольно пухлые щёки и красиво очерченные алые уста, над которыми нависал несколько удлинённый тяжеловатый нос с широкими ноздрями. Нижняя часть носа выглядела слегка приплюснутой, из-за этого и тонкие крылья ноздрей выглядели чуть-чуть вдавленными. Узкие раскосые глаза пленницы были заметно вытянуты к вискам, а её тёмно-карие зрачки казались чёрными из-за густых, опущенных книзу ресниц. Иссиня-чёрные волосы монголки были заплетены в две косы, свисавшие ей на грудь. На лбу у неё была оставлена длинная густая чёлка, закрывавшая брови и почти достигавшая верхних век.
В глазах пленницы не было заметно страха или робости, она с невозмутимым видом разглядывала обширную трапезную и сидящих за столом людей, переводя свой настороженный взгляд с одного лица на другое.
Когда Яков заговорил по-монгольски, то пленница не сводила с него глаз, пока он не перестал говорить.
— Что ты ей наговорил? — Иванко взглянул на Якова.
— Сказал, что мы согласны обменять её на княгиню Анну Глебовну, пребывающую в стане Батыя, — ответил Яков, жуя лист квашеной капусты. — Мол, ей самой нужно выбрать посланца из числа пленников, который отправится к Батыю, чтобы обговорить с ним условия обмена.
— Чего же она молчит? — Иванко нетерпеливо кивнул на пленницу.
Яков пожал плечами.
В этот момент пленница что-то негромко произнесла, обращаясь к Якову.
— Она согласна на обмен, но сомневается, что Батый пойдёт на это, — перевёл Яков сказанное монголкой на русский язык.
— Попытка — не пытка, — проговорил Иванко. — Скажи этой басурманке, что ей придётся как-то разжалобить Батыя через своего посланца.
Яков вновь заговорил с пленницей, помогая себе жестикуляцией рук. Выслушав Якова, монголка согласно закивала головой.
— Спроси у неё, почто она взяла в руки оружие? Ведь это неженское дело, — обратилась к Якову Славомира, не спускавшая с пленницы своих пристальных глаз.
— Чулуун говорит, что в роду джуркин издавна существует такой обычай: когда мальчиков рождается мало, то за оружие берутся самые сильные и храбрые из девушек, дабы восполнить убыль в воинах, — пояснил Яков, выслушав ответ пленницы.
— Выведай у неё, много ли войска под стягами Батыя? — промолвил Яким Влункович, переглянувшись с Иванко.
— Под Торжком стоят пять туменов, а вся прочая татарская рать разыскивает полки князя Георгия, разделившись на три отряда, — сказал Яков, переводя на русский язык ответ монголки. — После всех понесённых потерь число воинов в туменах сильно сократилось, так что Батый имеет под Торжком чуть больше тридцати тысяч всадников.