— Расскажи мне что-нибудь о своей работе…
— Что именно?
— Не знаю. У меня никогда не было женихов-сутенеров.
— Я не сутенер, — изменился в лице Саня. — Я директор. Это совсем другое.
— Надо же! — наигранно удивилась я. — А в чем отличие?
— В том, что сутенер возит проституток на заказ, а директор сидит в кабинете и занимается организационными вопросами.
— И где же находится твой кабинет?
— В гостинице.
— В гостинице?
— Да, а что тут такого?
— А я всегда думала, что гостиницы нужны для того, чтобы в них останавливались гости столицы.
— Ты права. Но на одних постояльцах много не заработаешь. Кто-то по-честному сдает номера под офисы, но потом львиную долю прибыли проплачивает налоговикам, а кто-то сотрудничает с криминальными структурами.
— Это как?
Очень просто. Отслеживают какого-нибудь заезжего туза и начинает пасти. Горничная под видом уборки шмонает его сумки и личные вещи. Если деньги есть — номер чистят. Ключ обычно выдает портье за соответствующую плату. У меня другая суета. Я торгую девочками, но не только девочками, но и мальчиками. Наша фирма расположена в небольшой гостинице, в трех минутах ходьбы от Смоленской площади. Гостиница маленькая, но удаленькая. Там останавливаются коммерсанты, приезжающие в столицу отдохнуть. Дежурные по этажу сообщают о потенциальных клиентах диспетчеру. За каждый звонок мы им платим от пятидесяти но ста рублей. В холле постоянно сидят охранники, которые следят за порядком. Есть и сутенеры, доставляющие девушек по назначению. Это нелегкая работа. Мне трудно обеспечивать безопасность своих сотрудников даже при таком отработанном механизме. Однако у меня есть связи с работниками правоохранительных органов и властных структур. Знаешь, Лариса, я уже привык и ничего другого просто не умею.
Сашка поднес мою руку к своим губам и, целуя запястье, сказал:
— Вот видишь, за кого ты вышла замуж… Просчиталась, девочка! Генеральный директор, да не тот: проститутками торгую…
— Ложись-ка лучше спать, — ласково потрепала я его за ухо.
Сашка покорно кивнул и перебрался на кровать. Проваливаясь в сон, он прошептал:
— В правом кармане пиджака — подарок.
Я накрыла его одеялом, подошла к пиджаку, висящему на спинке стула, и полезла в правый карман. В кармане лежала небольшая замшевая коробочка для драгоценностей. Открыв ее, я обнаружила чудесное колечко с бриллиантами. Примерив его, я затаила дыхание от восхищения, а потом подошла к спящему Сашке и чмокнула его в щеку. Он громко храпел, широко открыв рот.
— Неплохо, — сказала я вполголоса и еше раз посмотрела на кольцо. — Только слишком мало. Мне нужно гораздо больше. Надеюсь, что это только начало. А если ты не сможешь утолить все мои запросы, тогда будь другом, познакомь меня с теми, кто имеет больше, и порекомендуй в жены.
Сашка по-прежнему храпел, отвернувшись к стенке. Я прошла в гостиную, подошла к балкону и раздвинула жалюзи. Начинало светать. Сквозь сиреневую дымку пробивалось еще совсем бледное солнышко, которое быстро набирало обороты и приобретало новые, более яркие оттенки. Я замужем, замужем, замужем, — ликовало все в моей душе. Прощай, неустроенная жизнь с бесконечной погоней за длинным рублем. Теперь я могу остановиться на какое-то время, отдохнуть, почистить перышки и с новыми силами ринуться в бой. Сашка — что, лишь маленькая сошка в большой игре, на его место обязательно придет другой: умный, красивый, богатый, с приличным счетом в Швейцарском банке и виллой на экзотических островах. От этих мыслей потеплело в груди и учащенно забилось сердце. Ведь я умею любить. Я умею любить страстно и трепетно, как Джульетта любила своего Ромео. Но у меня есть одна беда. Я умею любить только за деньги. Без денег моя любовь иссякнет через три дня. Я молодая, красивая, интересная женщина. Я хочу увидеть мир, я хочу жить в роскоши, не думая о завтрашнем дне, я хочу делать покупки, не прикидывая, сколько денег осталось до следующей получки. Сашка гребет нормальные бабки, но на его проститутках далеко не уедешь. Что ж, у меня все еще впереди…
Потянувшись, я вышла на балкон и замерла. В самом дальнем углу балкона стоял человек и смотрел на меня. В руках у него был пистолет. Лицо незнакомца скрывал женский чулок телесного цвета.
Чисто инстинктивно я попятилась назад.
— Стой на месте! Иначе я прострелю тебе голову, — приказал незнакомец.
— Не стреляй, — шепотом попросила я, почувствовав, как дрожат мои колени.
На секунду я поймала себя на мысли о том, что фигура незнакомца мне смутно знакома. Где-то я его видела… Но где?