— Огузин, кусаный бок! — фыркала вульпера, — Благодарю, благодарю тебя!
— Ну, пока ещё бок не кусаный, — хмыкнул рыжий, поглаживая мягкие ушки, — А так не за что, не за что.
— Это Пуфелина, моя вульпара, — смущённо пояснил Гарлик.
— Это Пуфелина, которая чуть не осталась без вульпары! — уточнила она, утирая слёзы.
— Приятно видеть, вульпярыня, — хрюкнул Гузь, — Можно пожалуйста, слегка пожрать и отлежаться?
— Уф, ты ещё спрашиваешь! Не знаю как мы с тобой расплатимся!
— Посмотрим, — хихикнул рыжий.
Но в первую очередь он смотрел вокруг, а там было на что. Подъём перешёл в ущелье между двумя вертикальными скальными стенами из тёмного, почти чёрного материала. Утёсы, казалось, даже нависали над проходом. Вход сюда охранялся парой вооружённых воинов, но им было достаточно слов Гарлика и Пуфелины, чтобы пустить Огузина без дальнейших разбирательств. Издали рыжий не понял, что такое видно по стенам, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это узкие окна! В стене таких окошек было весьма немало, в некоторых мерцал свет, другие закрывались занавесками, показывая, что это не просто ниши. Получалось, внутри скалы имелись жилые помещения, что сперва выглядело весьма удивительно. Здесь же, прямо на песке возле входа в скалу-дом, стояла та самая форжа, о которой упоминал Ляга… да собственно, сам он тоже оказался здесь, таскал вещи, а конкретно — ту самую руду. Впрочем, у Гузя слегка летали звёздочки в глазах после приключений, так что разглядывать в деталях он оставил на потом. Лишь перекинулся парой слов с Лягой, что мол всё по шерсти и он сам на его месте сделал бы также, ну и всё такое. Дальше Пуфелина притащила воды и кормов, и рыжий, свернувшись калачом на коврике, расплющил уставшую морду.
Когда он продрал глаза, стояла ночь, и окна в утёсах выглядели ещё интереснее. Размявши лапы, Огузин прошёлся по ближним окрестностям и уяснил, что Хатжума столь же невеликое поселение, как и крепость Чёрная Ваза, хотя населения тут явно будет в разы поболее. По большому счёту, посёлок располагался между тремя утёсами с ходами внутри, на песчаной площадке. Хозяйство вульперы вели снаружи, а в пещеры забивались только ради отдыха, так что, здесь всё было открыто взгляду — несколько лавок, телеги вдоль проездной дороги, и "засидки", как это называли, частные места для хозяйственных нужд, распределённые между жителями. Кое-где они были отгорожены, но по большей части — чисто формально, камнями на песке. Ночью не особо что было видно, так как фонарей тут не имелось, светил только огонь в подобии мангалов, на которых готовили еду да кипятили воду — благо, ночное зрение вульперов в помощь. Найдя, где хлебнуть ещё воды, Огузин зевнул во всю пасть, да и завалился дрыхнуть дальше, почувствовав, что ещё не дошёл до кондиции.
Наутро Гарлик отвёл его к собранию — узкому кругу ограниченых морд, как-грится, и подтвердил историю, чтоб потом не разносились слухи через испорченый перетявк. Итрис, пожилой светло-серый вульпер, который считай заведовал охраной поселения, выслушал с некоторым скепсисом — с гиенами ещё ладно, а вот в эпизод в ситрачьем лагере было сложновато поверить. Но по всей видимости, здесь было заведено доверять своим, так что пришлось принять информацию как факт. Огузину вернули его барахло, оставшееся в караване, чему тот втихоря порадовался.
— Короче, в команде работать не умеет ни-ку-ся, — подытожил Итрис, — Что в минус. Зато в соло откалывает такие номера, которые у других вряд ли бы получились… Ну и удачи полны штаны, само собой. Благодарю за спасение Гарлика, Огузин. У нас как видишь каждый хвост на счету, и терять вульперов по всяким глупостям совсем не по шерсти. Чем можем отплатить?
— Пока не знаю, — признался Огузин, — Тебе ведь рассказали, что я вообще мало что знаю. Ну или вот, хотелось бы посмотреть подробно, что делают с оловянной рудой. А то мало ли, у них там секреты?
— Ну вообще, секреты, — кивнул старик, — Но не для тебя. Я им скажу, чтоб обеспечили полный доступ.
— Я пока пощёлкаю клювом, ладно? — уточнил Гузь, — Здесь для меня много нового.