— Воспользоваться ночным временем для вылазки, — спокойно сообщил Элс, и сразу поднял лапы, — Да да, я всё скажу за вас, "ты чё, перегрелся". Но я не предлагаю устраивать махач с этим змеиным стадом. Что нам надо, так это уничтожить ихние запасы. Как уже было сказано, без укрытия и без источника воды запасов нужно ещё больше чем обычно. Караван у них всего в пять телег, по крайней мере, то что мы видали. Спалим караван — дело сделано.
— Только вот они не будут от него отходить, — заметил Ляга, — Особенно ночью.
Слушая эти весьма насущные рассуждяки, Огузин понемногу припоминал основы. Ситраки, в отличие от вульперов, не теплокровные, а ночью в пустыне наступает очень даже хороший колотун. Поэтому в целом, чешуйники ночью здорово теряют в боеспособности, а уж сидеть тихо и незаметно вообще не смогут, потому как им надо постоянно греться, чтобы не впасть в полуспячку. Ясен пень, что морозиться они не будут, но вот местоположение всех своих сил выдадут полностью, а это уже большое преимущество.
— План-то у них может и есть, а средства? — не унимался Хвост.
— Дымовухи, например, — сказал Элс, — Если внутрь забросить с десяток качественных, тут дышать будет нечем, и с этим мало что можно сделать.
— А назови-ка причину, почему чешуя до сих пор этого не сделала, а лезла под хлыст? — хмыкнул бурый, — Насколько я видал, там два-три жмурика уже имеются, ради смеха такое вряд ли будут вытворять.
— Проверяли, что у нас есть, допустим. Ну да это пустые тёрки, — фыркнул Элс, — Я тебе говорю, что сидеть и ждать — нельзя. Ты у нас в отряде крепости, или так, погулять вышел?
— Ох и вляпаемся мы с твоими философиями, — буркнул Хвост, но более существенных возвражений не имел.
— А вот всякие… грабельные, — глянул на Огузина полосатый вульпер, — Не в отряде, поэтому, только на добровольной основе.
— Ну как, на добровольной, — хмыкнул Ляга, — Если сделаешь добро, считай про грабаульство забудем, верно, Элс? А если нет, то уж не обижайся.
— Да я и не против… вроде, — хрюкнул Огузин.
Шут уж его знает, но почему-то именно такое решение казалось ему верным, хотя он лишь в крайне общих чертах понимал, что на него повесили и чем ему это грозит. Пожалуй, играло роль чувство нереальности, которое до сих пор колбасило голову. Пустыня, крепость, ситраки… да ну нафиг! Но это если рассматривать вопрос теоретически, а него-то ситуация практическая, никуда из вазы-базы не денешься.
— Да? — удивлённо поднял бровь Элс, — Ну смотри, потом поздно будет.
— А если он убеж… кхм! — прикусил язык Хвост, понявши, что сморозил глупость.
Убежать конечно можно, только вот выйти из Нефиговых Дюн, как называли эту глубокую часть пустыни, можно лишь при наличии уверенных навыков и запасов воды, чего у Огузина, ясен пень, не было.
— Вот именно, — кивнул Элс, — Пшли, надо подготовиться.
Как быстро уяснил, ну или просто вспомнил, Огузин, Элс был навроде комендача крепости, но вульперы умели не заморачиваться, так что даже должности ему не придумали, зато соображали, что это самый опытный гусь в деле обороны, поэтому и не пропускали его слова мимо ушей. В его непосредственном подчинении был отряд около дюжины хвостов — сколько их точно, Элс не рассказывал, но выходило около того. Эти были натасканные воины с каким-никаким оружием; помимо, имелось ещё до полусотни прочих вульперов, практически все из караванов, которые проходили через крепость и застряли тут с приходом отряда ситраков. Благо, места далеко не развлекательные, и среди караванщиков не было стариков и детей, а сплошь здоровые трудоспособные вульпы. По крайней мере, они отлично приводили в действие "хлыст", так что, рассчёт Элса на такое противоштурмовое орудие оказался верным. Чешуйные могли выставить ряд лучников и не давать высовываться из-за стены, но хлысту стрелы не причиняли никакого вреда — а вот тяжёлые чушки да с приличного замаха, причиняли.
А что здесь делают сами вульперы, задался вопросом Огузин, местечко-то паршивенькое во многих отношениях. Опять-таки частично память, частично слова местных помогли уяснить, что Чёрствый Хребет постоянно стачивается песком и ветром, что открывает рудные жилы и прочие полезные ерундовины из его недр. Можно даже не ходить особо далеко за примером, из соседней скалы, которая называлась Прыщ, потому как торчала над песком как прыщ, ковыряли оловянную руду и пользительные камушки. У этого хабара потом был очень длинный путь на северо-восток, где сырьё перерабатывалось и либо использовалось самими вульперами, либо продавалось, зачастую даже тем же ситракам, которые не столь отбитые. Ляга даже показал книжку, которая в здешних местах, видимо, заменяла карту: карты там были чисто для наглядности и сопровождались длинным текстовым описанием. Кстати, это же натуральная бумажная книжка, отметил Огузин, страницы зелёные, но всё-таки это именно бумага, и нарисовано по ней краской. И письменность, если верить глазам, благодаря выборочно работающей памяти он понимал написанное, хотя, судя по всему, с правилами письменного языка тут обращались более чем свободно. "Навигатор" имел страниц двадцать и давал описание восточного района Нефиговых Дюн, граничащего с поясом оазисов, а что дальше на запад — никто не знал, потому как забраться глубже в пустыню было физически невозможно.